— Доктор Кенсон, могу я спросить?

— Конечно, Митра Сурик, — обернулась она ко мне.

— Вы знаете мое имя?

— Они знают. И мне невероятно любопытно, почему они так заинтересованы вами?

— Они? Этот жнец вам так сказал?

— Иногда он может получить данные от других своих «собратьев» и передавать нам через излучение. А в последние годы вы часто мелькали на их поле зрения. Даже остановили, как вы там его звали? Властелина?

Ясно, что жнецы имеют коллективный разум, но их связь поддерживается даже на столь далекие расстояния? Это невероятно.

— Что ещё он показал?

— В основном лишь предупреждал о грядущем повторении цикла, — на секунду во взгляде женщины пронеслась тень сожаления. — О чем вы хотели спросить?

— Допустим мы поймем их цель, но что потом? Разве это что-то изменит? Они остановятся? — к моему удивлению она ничего не ответила. Я заметила отблеск в ее темных глазах.

— Если найдем решение.

— Решение чего?

— Я не знаю. Может, вы мне скажете? Что такое?

— Доктор Кенсон... Вы стали одним из них... Вам нужно покинуть базу.

— Спектры, успокойтесь, я в своем уме. «Ро» не причинит нам вреда. Вы же прибыли за нашими данными. Все наши действия при последних исследованиях записаны и хранятся в защищенном консоле внизу. Я вам покажу.

В глазах у всех моих спутников читался один вопрос: «какого черта здесь происходит?». Это точно ловушка – не иначе! Возможно и так. Однако, пока нет явной угрозы, стоит ли так пугаться? С помощью Раны я могу в любой момент положить конец жизни древнему жнецу. А крупицы знаний от него будут полезными в будущем. Когда ещё встретишь говорливого жнеца.

По спиральной лестнице вдоль замурованного шпиля мы спустились в самый низ. Ученые подключили артефакт к своим системам везде где можно. Повсюду лежали провода, а сам шпиль протыкан всеми возможными датчиками.

— Более мелкие детали мы препарируем и смотрим под микроскоп, также исследуем их «кровь». Знаете, сколь много скрыто в их «крови»? Мы считаем их машинами, но это правда лишь на половину. У них самая сложная органическая структура ДНК, которую я вообще видела, — последние слова она произнесла с таким восхищением, словно обожествляя их.

Как бы она не пыталась нас уверить в безопасности, не нужно питать иллюзий. Сама исследовательница теории индоктринации стала жертвой этого явления. Осталось лишь дождаться, когда спадет эта личина притворства. Жнецы точно знают, зачем мы здесь и точно попытаются остановить. Вот только, зачем этому жнецу нужно было «общение»? Помнится, «Властелин» тоже пытался поговорить со мной, но это было как предупреждение. И вряд ли из-за страха или любопытства. Сомневаюсь, что они испытывают подобную эмоцию. Постойте... Может ли быть такое, что некоторые жнецы самостоятельны? И могут действовать не по общей программе... Хм.

Помнится, даже у нас порой различаешь дроидов из массы одинаковых моделей, если знаком с ним долгие годы. И они покажутся уже не такими бездушными машинами, а личностями.

— Физические носители хорошо защищены. Вам сначала нужно отключить их от консоли. Разберетесь?

— Да, — уверенно отчеканил Джеймс Вега.

— Трия, поможешь ему? — попросила Лиара свою подругу помочь ему, и наша парочка молодых осталась внизу.

А мы последовали дальше за этой тикающей бомбой замедленного действия. Мои спутники не спускали с нее взгляда на протяжении всего пути. И Доктор Кенсон должна была понимать, что происходит. В следующей лаборатории, где мощными резаками резали куски жнеца из буровой, остались Лиара с Шепардом. Помимо анализа, рядом проводились эксперименты над смутно знакомым объектом, которым протыкали людей и накачивали черной субстанцией, превращая в хасков.

— Процесс трансформации меняет саму структуру ДНК в короткое время. Мы проделывали это на мышах, кошках, собаках, пытаясь понять алгоритм.

По обе стороны от нас вдоль всей новой лаборатории в герметичных камерах лежали изуродованные тела животных.

— Они должны были преобразиться. Мы точно проверили, их «кровь» получает сигнал, активна… Но видимо, оно слишком слабое или чего-то мы упускаем.

— Джилл? — заметила я её изменившийся взгляд.

— А… Ничего...

— Куда мы идем, доктор Кенсон? — нервно спросила Нойша.

— В мой кабинет. Там все ответы, по крайней мере на те, которые я могу вам ответить.

И наконец, когда мы добрались до главного кабинета доктора Кенсон, она расслабленно откинулась на кожаном кресле перед своим рабочим столом. Закрыв глаза, женщина некоторое время что-то мычала про себя, не обращая на нас никакого внимания. Похоже она и вправду общается с древним жнецом. И мне порядком стала надоедать её игра. Когда я обнажила клинок, она прекратила изображать из себя человека.

— Я знаю, вы хотите их уничтожить, я же – понять. Проект продолжит работу, но это уже зависит от тебя, гость из другого мира. Нам нужно поговорить. Наедине.