Тем временем крейсер уже покинул станцию. Оборонительные пушки станции стреляли ему вслед, но не достигли цели. Крейсер скрылся с радаров. Ариа даже не стала снаряжать корабли за ним. «Омега» вновь была её.

И что-то мне подсказывает, маленькая война только послужила ей хорошую услугу. Устранены особо ненадежные партнеры. Продемонстрированы её возможности. Более не найдутся желающие оспорить ее титул. А нам что со всего? Не знаю. Спектры потом договорятся, о чем-нибудь. Сейчас, когда, наконец, добралась до каюты, я обдумывала следующий пункт назначения. Скоро наступит последний бой…

Они здесь. Казалось бы, это давно известный факт и не стоит повторяться. Однако, большинство жителей галактики до сих пор наверняка считали, что жнецы никогда не доберутся до них или что хуже — это раздутая паника на пустом месте, как в свое время геты. Реальность оказалась иной. Информационная служба СПЕКТРа получала отовсюду ужасающие кадры вторжения практически во все центральные сектора галактики. Видеозаписи очевидцев и разведывательные съемки передавали всю безысходность положения и масштаб кризиса.

Горели целые планеты. Над некогда прекрасными небоскребами, где еще вчера висели рекламные голограммы, кружили аэротакси, пылала жизнь, теперь остались черные, как сама пустота, силуэты и дым. Жнецы не спешили, не суетились — просто делали то же, что и в прошлые циклы. Рано или поздно все именно так и должно было происходить. Зато, наконец, все прозрели.

Начиная от офисного работника на Земле, застывшего с чашкой кофе в руках, глядя на репортажи в экстранете с мест ужасных событий совсем рядом с ним: как гигантские щупальца жнеца медленно обвивают башни и сжимают их как труху, как алые лучи разрезают бетон, прожигая всё на своем пути. Он не кричал. Не бежал. Просто уронил чашку, и та разбилась о полированный пол, смешав коричневые капли с отражением апокалипсиса на экране. А сам человек сокрушенно уставился на свой пока ещё целый мир.

На Никлоесе, одной из самой развитой колонии Иерархии, мать прижимала к груди ребенка, когда за окном с неба падали обломки их разбитых флотилий. Гул сирен сливался с ревом разрывающихся ракет и скрежетом алых лучей. В небе под грохот канонад сквозь дым зловеще мерцали и приближались силуэты армады синтетиков. Мать шептала что-то своему ребенку — может, молитву, может, просто бессмысленные слова утешения перед неизбежным концом.

На Тучанке кроган-ветеран, прошедший через не одну войну, приводил в готовность старый-добрый дробовик и смеялся хрипло, беззвучно. Его молодые сородичи уже бежали к плацу, где их ожидал транспорт. Затем скорый вылет в один из таких горячих планет. Он смеялся не потому что верил, что сможет что-то изменить, просто наконец-то нашлась достойная смерть.

А на «Омеге», в переулках, воры и контрабандисты, еще утром делившие зоны влияния после однодневной войны с «Цербер», теперь толпились у экранов, ожидая новостей. Батарианский мальчишка-карманник, обычно такой бойкий, смотрел на трансляцию с широко открытыми глазами.

— Это... это же...

— Жнецы, — прошипел рядом сморщенный старый саларианец, и в его голосе не было ни капли обычной иронии. — Те самые, о которых все кричали, но никто не слушал.

Где-то на окраинах галактики, в маленьких колониях, фермеры и шахтеры еще не знали всех масштабов катастрофы. Они заметили лишь, как исчезла связь с другими системами, как торговые корабли уже не приходят, а в космосе всё замерло. Но это лишь иллюзорный покой.

В тот момент, когда первые алые лучи направились в их сторону, миллиарды людей, азари, турианцев, кварианцев — все — вдруг поняли одну простую вещь: цивилизация — это лишь тонкая грань над пропастью. А пропасть всегда смотрит в ответ. И все те предостережения были не пустым звуком, а их жизни всего лишь страничка в истории.

Жнецы практически достигли центра Галактики. Только пятнышко вокруг перемычки оставалось без красных сигнатур. Шепард метался с выбором, куда же отправиться в первую очередь, кому наша помощь нужнее, но главная задача остается неизменной. После утреннего брифинга со штабом и обсуждения нюансов сложившейся ситуация на «Омеге», наш путь лежал на Тессию, родину азари, и пока ещё нетронутую жнецами мир-колыбель.

Экипаж корабля пребывал в напряжении, некоторые беспокоились за своих родных и знакомых на тех пылающих планетах. И чтобы хоть как-то очистить мысли от происходящих событий за пределами корабля, мы сконцентрировались на археологическом достоянии Тессии. Лиара собрала у себя много информации об «Обители Атаме», как назвали пирамиду предки азари. Это было поистине Чудо Галактического Света. И оно было в разы больше, чем та конструкция на Тучанке, что вселяло уверенности. Да и изображения наглядно подтверждали это, я уже видела. Оставалось проверить всё на месте и надеяться.

— Кстати, на Тессию попасть очень сложно, — говорила Лиара.

— Получается там будут в основном одни только азари, да? Куча азари. Куча прекрасных азари.

— Ты чего так воодушевился, Гаррус?

— Ты только представь эту картину, Шепард. Считай, мы летим в райские кущи. Нас ведь пустят? Мы же галактику спасаем в конце концов. Можем даже один день отдохнуть. Слышал, там прекрасные пляжи.

— Допуск есть, но не на курорт, Гаррус.

— Аврора, можно сведения, — попросила я ВИ и перед глазами высветилось окошко: