Пара минут светового представления и все лазеры разом потухли. Вопреки ожиданиям, ничего опасного не произошло, но все равно мои спутники стояли в полной боевой готовности. Вскоре по всему залу прошёл громкий и утробный металлический скрип, который сопровождался ощутимой дрожью в земле. Медленно, словно старое существо, пробуждающееся от многовекового сна, открывался проход перед нами. Когда плиты полностью разошлись по сторонам, нас тут же обдало застоявшимся тяжёлым воздухом из холодного и сумрачного пространства впереди, у которого не было видно конца.

За порогом перед нами открылся огромный зал с десятками хм… капсул в несколько рядов. Помещение не освещалось — то ли так задумано, то ли энергия исчерпалась давным-давно. Я уже на ощупь проверила материал стен и их толщину. На мой взгляд, это место сконструировано так, чтобы выдержать попадания оружия массового поражения. Значит, помещение является чем-то вроде последнего шанса на выживание. Единственными источниками света, как и в предыдущем помещении, были тонкие зелёные линии вдоль стен и на полу. И все они стекались к одному объекту в центре.

На перекрёстке до первого ряда капсул возвышалось небольшое цилиндрическое устройство со сферой с размером как человеческая голова на вершине. Своим инструментроном азари проверила его вдоль и поперек. Устройство определённо испускало кое-какие энергетические и тепловые следы, но было непонятно, работает ли оно. Увы, инструментрон не смог дать точные ответы. После своих манипуляций, деактивировав сканер, Нойша с осторожностью потянулась к сфере. И мы с Джилл кивками поддержали её благородный «риск».

— Ну, кажись, другого выхода нет, — набравшись смелости, схватилась она за сферу обеими руками и простояла так несколько секунд. — Эм… Ничего не происходит. Ничего не ощущаю. Вы что-нибудь видите? Что-то открылось, щёлкнуло?

— Ничего не вижу.

— Нет, — по очереди ответили мы с Джилл.

Нойша убрала руки со сферы и осматривала её с неким разочарованием.

— Определённо делаем что-то не то.

Визуально у устройства не было никаких кнопок, тумблеров, рычагов, экрана. А те светящиеся линии, похоже, уходили под пол. Соответственно, может там что-то есть примечательное.

Силой я все ещё чувствовала присутствие мощного интеллекта, но он явно не здесь. Во всем пространстве зала ничего не ощущалось, ни одной жизни, даже не «живой». И только смерть осталась здесь навечно. Мы будто бы попали в древнее захоронение. Чтобы развеять сомнения насчёт общих догадок, я в грубой форме вскрыла капсулу. Один резкий взмах и толстый слой «крышки» первой попавшейся капсулы с грохотом скатился на пол. И мы, наконец, увидели его содержимое. В криостазе всё истыканное трубками лежало гуманоидное существо.

Оно имело четыре глаза, а строение тела больше напоминало хм… большинство нынешних обитателей. К голове с большим выступом сзади была прикреплена маска с некими сосудами. Но в них ничего уже не было. Следом я осмотрела самого «обитателя». Белок глаза жёлтого цвета, зрачки двойные и соединены по горизонтали, и, естественно, не реагировали на свет. Тонкие губы будто сжаты в некой гримасе ненависти или просто прикус такой — не суть важно. Верх головы полностью покрывает панцирная пластина, а кожа больше походила на чешую с болотным цветом. Чем дольше я смотрела на существо, тем больше в голове мелькали обрывки чужих воспоминаний. В основном только картина войны: как обращались в прах целые города, как взрывались звёзды, как умирали тысячи. Но одно я узнала точно, это тот, о ком мы думали.

— Ох… Богиня… Это протеанин?

— Да.

— Ох…

— Значит, в остальных… — Джилл окинула взглядом весь зал, — тоже?

— Нужно проверить! — внезапно оживилась Нойша. — Вдруг найдём живого!

— Сожалею, но нет. Я не чувствую здесь жизни. Совсем.

— Да? Печально, — поникла азари.

Да, и наши ответы придётся поискать у искусственного интеллекта. В свою очередь, я думаю… Нет, надеюсь, что здесь лежат его создатели, которые могли оставить после себя нечто ценное. Потому как больше в криогенном зале ничего интересного не оказалось. Остаётся проверить тот большой чёрный куб и искать другой путь на нижние уровни.

Так же как и сфера, куб не имел никаких элементов интерфейса и излучал такой же слабый электромагнитный фон. Всё. Никакого грандиозного «чудо» технологии. Никакого намёка на «активность». На все попытки азари, куб так и оставался просто хм… кубом. Однако он проснулся, едва я коснулась его. Сначала я ощутила странный щелчок в висках и в мыслях мельком услышала смутно знакомый голос — голос Торианина:

«Шифр… Их цена за ложь».

Гм… Что за… Не успела я поразмыслить насчёт голоса, как издавая стрекочущий шум, над кубом появилось голографическое изображение некоего существа, отдалённо похожее на ранее увиденное в криостазе. Но оно было искажено до безобразия или так и было задумано изначально — неизвестно. Но не только изображение было странным.