Космос вокруг нас начал складываться, как бумажный лист. Я почувствовал уже знакомое давление, сигнализирующее о скором перемещении.

— Модуль, последний вопрос! — крикнул я, чувствуя, как меня тянет назад. — Кто создал Систему? Кто настоящие архитекторы?

Его голос донёсся до меня уже искажённым, словно через толщу воды:

— Мы… вы… они… все в-мес-те…

Мир вокруг схлопнулся, и меня снова окутала тьма, а затем яркая вспышка — и я оказался рядом с Кирой, в нашей комнате. Она подскочила, увидев меня.

— Чёрт возьми, Тём! — воскликнула она, увидев, что это я. — Предупреждать надо! Я чуть тебя не поджарила! Где ты был?

Я потряс головой, всё ещё чувствуя последствия перехода.

— У нашего старого друга Модуля-17, — ответил я, опускаясь на землю рядом с костром. — И у меня есть новости. Большие новости.

Я тяжело выдохнул, собираясь с мыслями, и начал пересказывать Кире свой разговор с Модулем-17. Её лицо менялось с каждым новым фактом — от недоверия к шоку, затем к задумчивости.

— Так что выходит, Система жрёт целые миры? — спросила она, когда я закончил. Её пальцы слегка искрились — верный признак волнения. — И у нас всего два месяца, чтобы спасти её гибель и как-то остановить?

— Примерно так, — кивнул я, потирая висок. Голова всё ещё гудела после перемещения. — И Модуль-17 рассчитывает, что именно мы с этим справимся.

Кира фыркнула, скрестив руки на груди.

— А эта информация про Марию… Про то, что она не настоящий человек? — её голос чуть дрогнул. — Ты в это веришь?

Я покачал головой.

— Не знаю, Кир. Я сказал Модулю, что Мария реальнее многих. Она смеётся, плачет, заботится о других. Какая разница, кто её создал? Она существует здесь и сейчас.

Кира кивнула, но её взгляд всё ещё был тревожным.

— А что насчёт этого навыка? «Система всегда с вами»? — она махнула рукой. — Как нам понять, работает он вообще или нет?

Я открыл интерфейс, просматривая список навыков. Пассивная способность «Система всегда с вами» висела в конце списка, но без подробного описания. Я сосредоточился на ней, пытаясь активировать или получить больше информации.

Внезапно интерфейс мигнул, и появилась новая строка:

«Навык активируется в точках нестабильности мультивселенной. Требуется направленный поиск таких точек.»

— Ну хоть что-то, — пробормотал я, показывая сообщение Кире.

Она прищурилась, вчитываясь в текст.

— Точки нестабильности? — переспросила она. — Это как порталы между параллельностями?

— Что-то подобное, но не совсем, — я вспомнил слова Модуля-17. — Он говорил о разломах в структуре мультиверсума. Местах, которые Система не полностью контролирует. И моя внутренняя стрелка… она может их находить.

Я закрыл глаза, сосредотачиваясь на внутреннем компасе. Обычно стрелка указывала на важные объекты или оптимальные маршруты, но сейчас она была неподвижна.

— Нужен триггер, — сказал я, открывая глаза. — Что-то, что запустит поиск этих точек нестабильности.

Кира поднялась, прошлась по комнате, затем остановилась у окна, глядя на долину.

— А что если… — она повернулась ко мне, в её глазах мелькнула идея. — Что если эти точки как-то связаны с твоими прошлыми перемещениями? Местами, где ты чувствовал сбои интерфейса?

Я вспомнил странный провал в бункере, комнату Архитекторов, сообщение о самоуничтожении… Да, в таких местах всегда что-то шло не так, словно реальность истончалась.

— Стоит попробовать, — кивнул я, снова закрывая глаза и концентрируясь, но теперь на воспоминаниях о тех странных местах.

— Знаешь, — сказала Кира, допивая утренний кофе, — мне не нравится, когда нас дёргают в неизвестном направлении. Особенно учитывая последние откровения.

И тут я почувствовал это — лёгкое движение, будто тонкая иголка в глубине сознания. Стрелка дрогнула. Медленно, едва заметно, но определённо сдвинулась.

— Есть что-то, — прошептал я, не открывая глаз. — Далеко, но я чувствую направление.

— Где? — Кира подошла ближе, её голос звучал напряжённо.

— Северо-запад, — ответил я. — Очень далеко. Возможно, даже в другой параллельности.

Я открыл глаза и увидел, что Кира зарылась в интерфейс, перебирая маршруты, по которым мы передвигались за время наших путешествий.

— Тут ничего нет, — сказала она, указывая на северо-западный сектор. — По крайней мере, из известного нам.