Алена почувствовала, как леденящий холод сковывает спину и живот.

— Это семейные дела, — Алене кажется, что она чувствует взгляд Олега на затылке, и еще сильнее сжимает зубы.

— В такое время? Может, у тебя парень появился, а ты молчишь, — она толкает локтем Таню, которая, положив голову на парту, дремлет. — Таня, у тебя появилась конкурентка.

— Ой, отвали, — бормочет она, не поднимая головы.

— Давай, колись, я не отстану! — Карина кладет локти к ней на парту и смотрит с усмешкой.

— Мама попросила забрать кое-что у ее подруги, — Алена выдерживает взгляд.

— Как скучно! — Карина разворачивается и обводит класс глазами. Когда ее взгляд останавливается на Ковтуне, снова оживляется.

— Падальщик, у тебя новые джинсы? — она сгибается пополам и заглядывает под парту. — Фирменные! Ты кого ограбил? — громкий смех разлетается по классу, разбиваясь о школьные окна, отскакивая от стен и кружась вокруг парт. — Или ты возле коттеджей в мусорках копался?

Алена бросает взгляд на папины джинсы.

Олег молчит, не отрывая глаз от учебника по русскому.

— Чего молчишь? — в глазах Карины разгорается костер.

— Может, после уроков погуляем в парке? — громко вскрикивает Синичкина.

Огонь затухает, Карина удивленно смотрит на Алену.

— Ты чего кричишь?

Алена улыбается во весь рот.

— Я не кричу. Просто хорошее настроение, — она обнажает белые зубы. — Так что, пойдем? Пива выпьем!

Таня, подняв голову, поворачивается к Алене.

— Пива? Это точно Синичкина говорит?

— Сто пудов втрескалась и молчит.

— Причем тут это! — Алена громко вздыхает. — Просто хорошее настроение.

— Ну-ну, — Карина продолжает всматриваться в ее лицо, будто изучает под микроскопом. — Если ты проставишь пиво, то пошли.

— Хорошо, — быстро соглашается она, в надежде, что Карина больше не вернется к разговору с Олегом.

— Или влюбилась, или головой долбанулась, — Карина бросает на Алену быстрый взгляд и отворачивается.

В класс заходит учитель.

В магазине, как назло, много людей. Алена, опустив голову, переминается с ноги на ногу. На дне синей корзины лежат три бутылки пива «Аливария» и два больших пакета с чипсами. Она не может решиться подойти к кассе: ощущение, что на нее смотрят все покупатели, продавцы, скучающие за прилавками, и даже дети, канючащие возле взрослых. Их глаза полны осуждения. Они наперебой кричат: «бесстыжая», «малолетка», «куда только смотрят твои родители».

Она уже готова бросить корзину и стремглав бежать на улицу, но продолжает стоять. Не может так поступить. Девочки ждут ее на крыльце. Если она провалит «задание», то следующую неделю просидит на скамейке «чмырей» (Таня придумала) вместе с Сашей, которая пришла в школу без бюстгальтера; Олей, которая не моет голову неделями; Викой, жировые складки которой не может скрыть ни один широкий свитер.

Аленина очередь. Она ставит корзину на прилавок рядом с кассой. Продавщица — «своя». Так сказала Таня. Женщина средних лет в бордовой униформе и наспех собранным пучком на голове берет бутылки и складывает в пакет. Алена протягивает деньги:

— Как и положено, — говорит девушка. — Сдача ваша.

— Без тебя знаю, — фыркает продавщица и кладет часть денег в карман передника. — Брысь отсюда, — шикает она, поправляя головной убор.

Девушка хватает пакет и выбегает из магазина. В тамбуре останавливается и тяжело дышит.

— Возьми себя в руки, — Алена закатывает глаза, надеясь, что слезы не побегут. Внутри все давит, будто кто-то крепко сжимает внутренние органы. Она переключает внимание и думает о бабушке. Это первая светлая мысль, которая приходит ей на ум.

— Умница, дочка, — Карина выхватывает пакет и заглядывает вовнутрь. — Нужно было больше брать, пойдешь еще.

— Не вопрос, — бросает Алена. — Только денег у меня больше нет.

— Ладно, и на этом спасибо, — Карина хлопает ее по плечу. — Пошлите, нам нужно срочно согреться.

В парке не так холодно. Старые деревья цитаделью окружают их. Они защищают хрупкие тела от пронизывающего ветра, от шума мокрых дорог и злых взглядов прохожих.

Деревянная скамейка, усыпанная со всех сторон окурками, едва дышит, тяжело оперевшись на два камня. Три силуэта. Они сидят, сгорбившись, на скамейке и не двигаются. Лишь по движениям рук понятно, что это люди, а не тени. Ветер все же добирается до них. Ему скучно, хочет играть. По очереди подхватывает их волосы: белые, темные, медовые и подбрасывает в воздух. Он смеется. Они злятся, приглаживая макушку.

Таня открывает бутылку пива об скамейку, и крышка со звоном падает на каменную дорожку. Карина повторяет за ней, и вторая пробка летит следом. Алена крепко сжимает холодное стекло в руке, не решаясь попросить открыть.

— Давай сюда, — Карина протягивает руку. — Ты, что, пиво открывать не умеешь? — в зубах она держит сигарету.

Алена молча смотрит себе под ноги. Ей не хочется пива, не хочется сидеть на холодной скамейке и курить. Она хочет домой.

— Держи, — Карина протягивает бутылку.