— Как я тебя люблю, ты бы только знала, — искренне произношу я, обнимая ее в ответ. — Твой папа не хочет еще одну дочь?

— Не знаю, — она смеется. — Не уточняла этот вопрос.

— Жаль. Мы были бы отличными сестрами.

Мы продолжаем обниматься, и слезы, наконец, сменяются тихим смехом, заполняя наши сердца теплом.

Следующие два периода проходят на одном дыхании. Команды постепенно заводятся, увеличивая темп игры. Много опасных моментов, как и у наших ворот, так и у ворот соперника, несколько неприятных силовых приемов, парочка удалений, бесконечное количество бросков и передач. Но в конечном итоге, после истечения шестидесяти минут игрового времени табло показывает 2:1 в пользу «Ястребов».

— Хорошая игра, — подмечаю я, когда мы с Дашкой спускаемся вниз к выходу.

— Да, — в ее голосе ощущаются нотки грусти.

— Почему не слышу радости? — беру ее под локоть.

— Нет, я рада. Просто они ведь завтра с утра улетают, — вздыхает она. — Восемь часов перелета и семь часов разница во времени. А мне так нравится, когда Марк рядом.

— Ох уж эти влюбленные, — наигранно закатываю глаза и улыбаюсь. — Вернется твой Марк через неделю в целости и сохранности.

— Знаю. Мы стараемся проводить каждую свободную минуту вместе, и нам тяжело даются расставания. Мы скучаем друг по другу.

— Посмотри на это с другой стороны, — пробираемся сквозь толпу. — И прими это за возможность отдохнуть и насладиться временем наедине с собой.

— Да, но, когда он уезжает, мне кажется, будто у меня забирают часть души.

— Вот значит, как выглядит настоящая любовь. — На секунду замолкаю. — А знаешь, поговаривают, после разлуки объятия становятся жарче, а поцелую — ниже.

Слегка толкаю бедром подругу и заливаюсь смехом. В ответ она улыбается и на ее щеках вспыхивает румянец, когда до нее доходит смысл моих слов.

— Да ну, тебя.

Мы проходим по длинному вестибюлю комплекса, стены которого увешаны символикой хоккейной команды. За огромными окнами здания солнце медленно садится, окрашивая небо в нежные оттенки фиолетового и розового.

— Дашка, я, наверное, поеду, — произношу я, когда мы отходит в сторону от основного потока людей.

— Почему? — спрашивает она, надевая на голову повязку для ушей.

— Нужно ехать домой, готовится к завтрашней самостоятельной тренировке с «Алмазами».

— Напишешь мне, как все пройдет?

— Обязательно, — тепло улыбаясь я, смотря как подруга ловко продевает свои светлые волосы через повязку. — Ничего, что я оставляю тебя одну?

— Пустяки, — отвечает она. — Марк обещал быстро справиться. Ты лучше скажи, мы встретимся на неделе?

— Конечно.

— Отлично.

Мы быстро обнимаемся, и я перед тем, как окончательно уйти, произношу:

— Передавай мои поздравления команде.

— Обязательно.

Добираюсь до своей квартирки без пробок и суеты, наслаждаясь вечерним воздухом. Хотя на улице уже начало апреля, погода все еще прохладная. Тем не менее, в квартире отопление отключили раньше срока, и по вечерам, когда солнце перестает греть, воздух внутри становится как будто холоднее, чем снаружи. Поэтому приходиться утепляться и носить домашние штаны и худи, вместо шортов и маек.

Закончив с рутинными делами, сажусь за стол и пару часов в компании ноутбука, кружки чая и пачки печенья создаю программу тренировок для Алмазов.

За окном слышится легкий шум ветра, на фоне тихо играет музыка, мягкий свет настольной лампы падает на стол, создавая атмосферу уюта и комфорта. На душе почему-то так легко и спокойно. Улыбаюсь сама себе и чувствую, что этот вечер в тишине — это как раз то, что мне сейчас нужно.

Я поднимаю чашку и делаю глоток уже остывшего чая. Оторвав взгляд от экрана, иду к столешнице за новой порцией горячей воды. Но как вдруг по квартире разносится звук настойчивого дверного звонка. Я замираю и мое сердце тут же падает вниз.

Неужели мама нашла меня?

Моя реакция еще больше подтверждает, наши отношения с ней достигли такой критической точки, что я не испытываю радости от ее появления.

Не торопя направляясь к двери, я стараюсь привести свои мысли в порядок и предугадать исход предстоящей встречи. Встав на носочки и заглянув в дверной глазок, я ощущаю, как тревога уходит на второй план, а сердце начинает биться быстрее. За дверью стоит Илья.

Его рыжие волосы взъерошены, а на лице неприкрытая серьезность. Он одет в свой спортивный костюм и серую куртку.

Я открываю дверь и наши глаза встречаются. Мы обмениваемся улыбками, а затем он произносит:

— Хотела улизнуть от меня?

— Даже не думала.

— А чего тогда не дождалась?

— А что нужно было ждать? — наклоняю голову слегка набок.

— Конечно. В обязательном порядке.

— Тебя расстроило, что я ушла? — в шутку спрашиваю я.

— Еще как, — неожиданно для меня Илья дарит мне грустную улыбку, и в ней столько нежности, что невольно хочется шагнуть к нему навстречу и упасть в его объятия. — Ты не только не дождалась меня, но и просидела целую игру не в джерси. Как это понимать?