Все еще не открывая глаз, он рассматривал человека, которого вспомнил. Дорн Старрет, пять футов одиннадцать дюймов, сто девяносто фунтов некогда крепкой, мускулистой плоти. Возраст тридцать семь лет, черные волосы на голове, начинающей лысеть ото лба. Очертить лицо оказалось труднее: сильное, хотя немного жесткое, оно смотрелось, пожалуй, привлекательно. Только глаза казались бегающими, беспокойными, и морщины появились раньше времени.

И еще кое-что выделяло этого человека. Не одежда — она казалась неброской, хотя и недешевой. Луис копался в памяти, пока, наконец, не понял. Несомненно, этот человек был левшой. Картинка стала настолько отчетливой, что ошибиться с этой деталью он не мог.

Он его знал и часто видел. Где, при каких обстоятельствах? Луис ждал, но больше ничего не всплыло.

Открыл глаза, подумал, что если снова увидит этого человека, сразу узнает. Он купил пистолет, предположительно, использовал оружие против него, а потом спрятал в его же, Луиса, комнате.

Поразмыслив еще, он понял, что гадать дальше бессмысленно. Имя само по себе не вернет все ассоциации, связанные с этим мужчиной, поэтому Луис переключился с него на Цереру. Оказалось, что по этому вопросу он подготовлен лучше; переобучающие пленки, наверняка, восполнили пробелы в его знаниях.

В поясе астероидов отсутствовала жесткая система управления. Если и существовало в Системе место, где люди нарушали требования закона, так это там. Какой из этого следовал вывод? Возможно, никакого; в поясе проживало множество людей, занятых легальной работой: шахтеры, старатели, геологоразведчики, ученые-исследователи. Но с нарастающим волнение Луис понял, что Дорн Старрет к ним не относился.

Он был преступником. Галлиевая шахта служила простым прикрытием, респектабельной вывеской. Откуда Луис это знал? Он не мог понять — мыслительный процесс протекал скрытно и хаотично; но он знал.

Итак, Дорн Старрет — преступник. Но эта информация не могла удовлетворить его полностью. Что заставило Старрета регрессировать Луиса и Луизу? Это предстояло выяснить.

Но Луис четко понял одно: опытный преступник, этот человек более чем опасен.

Посидев еще немного, он осознал, что вспомнил все, что можно было извлечь из мгновенного озарения. Если он хочет узнать больше, надо раскопать новые факты и завязать новые знакомства. По крайней мере, дело не безнадежно — даже без помощи полиции он узнал достаточно.

Луис еще раз внимательно осмотрел всю комнату. Если и оставалось что-то спрятанное, он ничего не нашел.

Потом он снова отправился в жилище Луизы. Она ушла, оставив на столе записку. Он прочитал:

Дорогой мужчина без имени,

надеюсь, ты приходил прошлой ночью, потому что в голове у меня все так перемешалось, что я не уверена; так мало воспоминаний и реальности, что мне не на что опереться. Хотела перед уходом поговорить с тобой, но, думаю, ты, как и я, занят собственным расследованием.

Существует опасность, что ни одному из нас не понравится то, что мы узнаем. Что, если я замужем за другим человеком, а ты женат? Предположим… но предположить можно, что угодно, здесь мы оба рискуем. Невыносимо не знать, кто я такая, тем более, что отгадка так близко. Но ты, конечно, сам знаешь.

Как бы там ни было, я ушла почти на весь день. Удалось найти психолога, который специализируется на восстановлении памяти; тебя тоже наверняка заинтересует такая возможность. Я ходила к нему вчера, и на сегодня мне снова назначено. Очень любезно с его стороны, учитывая, что у меня нет денег, но он сказал, что я в той или иной степени являюсь субъектом эксперимента. Не могу сказать тебе, когда вернусь, но не поздно.

Он скомкал записку в руке. Эксперт по воспоминаниям. Ее психолог — эксперт, только в прямо противоположном смысле. Вчера он вычеркнул день из ее жизни, поэтому Луиза не узнала его и может снова не узнать.

* * *

Опершись о стол, он секунду подумал, потом расправил записку. Перечитал ее, но это не помогло. Если он что-нибудь понимал, дело обстояло так.

Сначала Луизу, потом его самого — похоже, именно в таком порядке. Доказательств он не нашел, но, скорее всего, ее регрессировали первой, потому что первой нашли.

Еще существовал Дорн Старрет, преступник с Цереры, спрятавший в его жилище пистолет, который он, Луис, позже обнаружил. А теперь появился четвертый персонаж — психолог, специализирующийся на стирании у жертв регрессии остатков памяти.

Луис стиснул зубы. Вот информация, с которой полиция, действуй она надлежащим образом… Бесполезно, действовать они не будут. Только собственными усилиями он добьется каких-то результатов.

Аккуратно сложил записку — может пригодиться, если Луиза вернется и снова не узнает его.