— Гуп?

Она вздохнула.

— У него есть другое название, могу написать для тебя. Но оно займет страницы. Понять самые азы сумеет только биохимик, да и тот не до конца разберется. Мы держим формулу в секрете, — вежливо добавила она.

Конечно, держат; подобные вещи ценятся очень высоко, подумал Ясон. Возможно, речь шла о каком-то неогормоне, синтетической субстанции, которой не существовало в природе и которая по эффективности превосходила любое аналогичное природное вещество. С таким средством они могли отращивать волосы любой длины, цвета и текстуры за считанные минуты, просто нанося нужный состав на кожу. Скорее всего, субстанция содержала питательные вещества, снабжающие клетки тела материалом для роста. Наносишь ее по утрам — и готово, ты одет. По вечерам принимаешь контрагент, и все сходит. Как намекнула Карлос, тело со временем становится слишком старым, чтобы реагировать на средство. Когда это происходит, старикам приходится носить обычную одежду, ремень, пряжки, кнопки и прочую сбрую, очень неудобную для непривычного человека. На Крэнси не существовало такого понятия, как натуральный блондин или брюнет. Каждый мог сделать выбор — зеленый, если он сегодня тебе нравится, а завтра — синий.

— Невежливо так глазеть, — заметила Карлос. — Особенно, когда твой гость голоден.

Ясон показал ей селектор меню и наблюдал, как она им пользуется. Сам уселся по другую сторону стола; пища появлялась из окошка подачи, и Карлос поглощала ее по мере поступления, изящно и рассеянно, но с неубывающим аппетитом.

Ясон спросил ее об обычаях на Крэнси. Она ответила, что по крэнсианским обычаям, он приходится ей кузеном. Лет пятьсот назад — или около того — кто-то из родни его матери женился на ком-то из родни ее отца. Теперь семейные узы между ними стали несколько более отдаленными, и если их не обновить в этом или следующем поколениях, то они и вовсе сойдут на нет.

Информацию он выслушал молча. Эту игру затеял Грэнди; Ясон должен был предвидеть нечто подобное, но почему-то не сумел. Просто не ожидал такого отношения со стороны столь деликатных людей. Он подумал, что они действительно ведут себя деликатно внутри собственной группы, и насколько жестко обращались с чужаками, значения не имеет.

— Ты не очень-то хитрая, — бросил он. — Я не собираюсь на тебе жениться.

Карлос посмотрела на него.

— Я тебя еще и не просила, — сказала она с набитым ртом.

Похоже, еще один крэнсианский обычай. Ясон не стал обращать внимания.

— Я найду тебе другое место, где остановиться. Можешь сделать попытку добраться до денег на пикнике.

— Денег? — спросила Карлос, продолжая жевать. — Чьих денег?

— Моих, — сварливо бросил он. — И мне не нравятся люди, которые стремятся завладеть ими. Думаешь, я не понимаю, что вы пытаетесь провернуть? — Он пристально посмотрел на Карлос, и вся ее бесспорная привлекательность исчезла; она стала просто смазливой девчонкой, задумавшей повыгодней продать себя, чтобы бежать от нищеты на Крэнси.

Карлос проглотила последний кусок.

— Бедняжка, — сказала она. — Тебе требуется так много вещей, что приходится добывать деньги, чтобы их покупать?

Она бесила его, и Ясон сорвался на крик.

— Да, требуется! Каждому требуется. Как я получу пищу, чтобы есть, и одежду, чтобы носить… — Он умолк. Одежду, чтобы носить. Ее потребности на этот счет просты. Тюбика с гупом может хватить на год, и он обеспечит ее любыми новинками моды, предоставит любой наряд на каждый день — в зависимости от настроения. На Земле и в других местах ничего подобного не встречалось. Возможно, то же самое у них и с едой? Есть, конечно, и другие запросы, но, может быть, здесь ответили и на них?

— Пикник устраивают для меня? — заговорил он спокойнее. — Так?

Она кивнула. Ясон вышел из-за стола и нервно прошелся по комнате.

— Тебе известно, что я очень богат?

Карлос покачала головой.

— Мы об этом ничего не знали.

У Ясона не было причин доверять ей, и все же Карлос могла говорить правду. Планета жила изолированно, может, новости и не доходили в такую даль. Вдруг они равнодушны к важным для землянина вещам?

— Тогда что? — спросил он. — Если не из-за денег, то зачем все эти хлопоты?

— Ты очень важный человек, — объяснила она. — Ни одному жителю Крэнси никогда не предлагали вступить в организацию какого-нибудь уровня. Наверное, все думают, что мы не годимся для этого. Во всяком случае, здесь тебя воспринимают как президента «Дружбы».

Он сел. «Дружба». Что за чертовщина — «Дружба»? Ясон начал смутно припоминать. Он унаследовал бизнес отца и управлял им, как сделал бы любой другой на его месте. Всегда существовали благотворительные фонды, просившие время от времени сделать пожертвование. Одним из таких фондов и являлась «Дружба». Не «Дружба инкорпорейтед» или нечто подобное, а просто «Дружба», объединение придурковатых идеалистов, ратующих за мирное сосуществование во всей галактике.

Из вежливости он сделал пожертвование для «Дружбы» с налоговым вычетом. Сумма оказалась большей, чем они ожидали, возможно, они никогда не получали такой единовременно. Для Ясона это ничего не значило, а для них — очень многое, и они ответили тем, что назначили его своим президентом. Пост почетный, но не более того, и он благополучно забыл о нем, но крэнсиане не забыли, и Ясон остался в их глазах важной фигурой — не из-за денег, которыми распоряжался, и не из-за власти, которой обладал. И это много значило. Если и существовали воинственные народы, то крэнсиане были воинственными. Их злейшими врагами считались жители Мерхейвена, но если возникала возможность, они проявляли готовность сразиться с любым врагом. Существовало только одно исключение: они никогда не ссорились с Рэстапом. Но в остальном вели войны легко и весело, со свирепой грацией и стремительностью.