— Что ж, я вас предупредил, Александр Васильевич, — бесцветным голосом сказал Фискалов и первым пошел к крыльцу.

— Я сделаю все возможное, чтобы они не засиделись до ночи, — ободряюще шепнул я Лизе, а затем проводил гостей в кабинет.

За время нашего отсутствия дом уже успел поменять обстановку. Вместо удобных кресел у дальней стены стоял длинный кожаный диван, на котором как раз могли разместиться четыре человека.

— Прошу, господа, садитесь, — сказал я, указывая на диван. — Кофе не предлагаю. Нет ни времени, ни сил. Переходите сразу к делу.

Григорий Павлович Жадов никак не отреагировал на мою нелюбезность. Сел на диван, сложил руки на коленях и приготовился спокойно ждать. Банкир Толстопятов снова фыркнул как недовольный морж, но все-таки присел на краешек дивана. Никита Михайлович Зотов и чиновник из казначейства остались стоять. Никита Михайлович отошел к окну, а Фискалов посмотрел на меня.

— Разговор начну я, — сказал он тоном, который не допускал возражений.

Я только усмехнулся.

— Извольте, господин Фискалов.

— Прежде всего, должен сказать, что у меня самые широкие полномочия. Чтобы вы понимали, именно я решаю, выделит ли казначейство деньги на защиту от этих грабителей или нет.

Его голос по-прежнему звучал сухо и бесцветно, и тем не менее, Фискалов умудрялся говорить внушительно. Видимо, сказывался большой бюрократический опыт.

Жадов терпеливо ждал, а Толстопятов внимательно прислушивался к словам чиновника.

— У вас есть какие-то сомнения, господин Фискалов? — уточнил я.

— Да, у меня есть сомнения, господин Тайновидец, — согласился чиновник. — Поэтому я и хочу задать вам несколько вопросов.

— Что ж, задавайте, — предложил я.

— Прежде всего, скажите, почему вы так уверены, что ювелирную лавку ограбили магические существа?

Я не видел причин что-то скрывать от чиновника имперского казначейства — даже существование Незримой библиотеки. В конце концов, о ней уже знали слишком многие, а Библиус отлично умеет защищать библиотеку от нежелательных вторжений.

— Прежде всего, я поверил словам Сергея Жадова, — объяснил я. — У молодого человека не было причин врать, а он видел, что его лавку ограбили коротышки. Затем мы с господином Прудниковым пошли по их следу и нашли свидетеля. Вы ведь видели его показания?

— Видел, — согласился Фискалов. — А еще знаю, что этот свидетель был изрядно пьян. Кроме того, я говорил с господином Прудниковым. Сам он никаких следов грабителей не видел. Поверил вам на слово, когда вы привели его в ту подворотню.

— Вы сомневаетесь в моих словах? — усмехнулся я.

— Мне нужны доказательства, — невозмутимо ответил чиновник. — А никаких доказательств я не вижу. Только ваши слова и ощущения. На чем они основаны?

— На моем магическом даре, — терпеливо ответил я.

— Допустим, — холодно согласился Фискалов, и я понял, что чиновник мне не верит. — Но вы сами-то видели этих грабителей?

— Нет, — признал я. — Мне удалось увидеть только магическое пространство в парке Магической Академии.

— И эта информация тоже не подтвердилась, — сухо сказал Фискалов. — Обыск парка не дал никаких результатов.

Мне было все труднее сдерживаться.

— Магическое пространство — это вам не проходной двор, — ледяным тоном сказал я, — в него не всегда можно попасть.

— Очень удобное объяснение, Александр Васильевич, — заметил Фискалов. — Вы легко попали в это магическое пространство. А как только рядом с вами оказались полицейские и Тайная служба, так никакого магического пространства они не нашли. Я не обвиняю вас во лжи, но ведь вы обычный человек, хоть и обладаете уникальным магическим даром. Вам могло что-то померещиться. Возможно, это была только иллюзия. Скажите, вы сами видели этих магических грабителей?

— Не видел, — признал я. — Одного из них заметила Елизавета Федоровна и описала мне. Затем в Незримой библиотеке я нашел несколько книг и в этих книгах прочитал, что ювелирную лавку господина Жадова ограбили кладовики.

— И в этих книгах вы отыскали способ как их поймать? — одними губами улыбнулся Фискалов.

— Да. И схемы нужных артефактов я тоже раздобыл в Незримой библиотеке.

— Может быть, вы проведете меня туда? — предложил чиновник казначейства. — Я хочу сам взглянуть на эти книги.