Алёна ответила мне в полодиннадцатого.

«Прости, счастье моё, мы ходили на экскурсию в Гоа, мотались весь день. Только вернулись)»

«Фух, я уж испугался, что ты поела там из грязной посуды и словила смертельную диарею!» — Настрочил тут же я.

«Ха-ха! Дурак! Зато я для тебя фото сделала!»

«Ну, давай, посмотрю хоть на Гоа!»

«Поверь, смотреть ты будешь не на Гоа ;)» — Ответила Алёна и тут же прислала фотку, на которой была она в, судя по всему, какой-то раздевалке, без какой-либо одежды.

Её прекрасные небольшие сисечки смотрели мне прямо в глаза, а идеально-выбритая пиздёнка своей милой щелочкой так и манила.

«Ох, бля, ты хочешь, чтобы я прямо на тусе начал дрочить?!»

«Я хочу, чтобы ты не забывал обо мне всю эту неделю) Надеюсь, тебе понравилось))»

«Мне так понравилось, что я сейчас удалюсь в тёмный уголок, навялю своего дружка и спущу на куртку Лёхи!»

«Аха-ха! Какой же ты придурок)) Мне так не хватало твоих приколов) Скажи, ты хоть скучал?»

«Ну, естественно, даже Лёху по пузу стал меньше хлопать. Не могу дождаться, когда увидимся в Новом году!»

«Кстати, у меня для тебя будет небольшой подарок)»

«А фото было не подарком?»

«Нееет! Оно было разогревом. Как приеду, то подарю его тебе! Готовь очко))»

«Хоть бы это был дилдо… хоть бы был дилдо…»

«Аха-ха, Макс))) Ладно, я пошла принимать душ, а потом, наверное, лягу спать. Очень устала. Обещай, что не захлебнёшься слюной на фотку, которую я тебе скинула! Целую:*»

«И я тебя! Сладких снов! Обнял)»

— Максооон! — Да ты же вообще не пьяный, надо с этим что-то делать! — Ко мне подошёл Влад.

— Схуяле я не пьяный?! Меня уже штормит нехуяёво! — Отметил я.

— Неее, это хуйня. Давай-ка с нами глушить самогон! Нам тут Лёха поведал, что ты пьяный однажды снеговика трахнул, поэтому мы рассчитываем, что сегодня ты повторишь сей опасный трюк.

— Аха-ха, да, бля, не каждый же Новый год устраивать поебушки на опушке!

— Ну, посмотрим, посмотрим! — Хитро ухмыльнулся Владос. — Кстати, ты в курсе, что Виолетта на тебя глаз положила? Девка своего не упустит!

— У меня девушка есть… — Проговорил смущённо я.

— О, это без базара! Тогда Владос сохранит верность твоей девушке, если ты уже будешь не в состоянии это сделать! — Качок убийственно хлопнул меня по плечу.

Желающих оприходовать самогон оказалось больше. Были тут и знакомые лица, типа братьев-близнецов, Лёхи или Регины. Были и новые, типа Валентина и других чуваков, имена которых я не запомнил.

— Итак, Ваня спиздил этот дичайший самогон у своего деда, поэтому отдадим дань уважения старику! — Проговорил Андрей, замерев с литровой зелёной бутылкой в руке.

— Да пошёл нахер этот старый хрен. Он мне вообще его отдавать не хотел, сука! — Выругался Ваня. — И нехуй ему дань отдавать, он бухим вчера сарай обосрал!

Все снова заржали, особенно Лёшка, которому определённо было уже достаточно выпивки. Я был удивлён, что я держусь ещё так стойко, но понимал, что продлится это недолго.

Самогон оказался ядрёный, что пиздец, у меня аж слёзы на глазах выступили.

— Оооох, вот это жахнуло! — Пропели пацаны.

Где-то в углу комнаты кто-то опять начал мучать гитару. Музончик на компе заиграл погромче, и был это унылый и депрессивный говнорок.

Забавно, но я только сейчас понял, что не видел в хате Андрея и Регины Новогоднюю ёлку. С чем это было связано?

— Регина, признавайся, сколько уже сделала новых видосов с огурцами? — Спросил какой-то парень.

— Столько, что в твою маму меньше влезает! — Ответила сеструха Андрея, и все весело заголосили.

Потом мы бахнули ещё по стопке. Потом снова пошутили. Потом ещё бахнули. Я осознавал, что я на этой тусе оказался очень унылым. Незнакомые парни шутили постоянно и шутили смешно, а я же, как забитый хиккан, тихо хихикал и почти ничего не говорил, хотя компашка Андрея и пыталась меня растормошить.

Время близилось к двенадцати часам, но всем было похуй. Никто даже и словом не обмолвился, что скоро Новый год. Мы слушали рок или панк, бухали и общались. Когда наступило двенадцать, то никто этого даже не заметил. Это было очень необычно. Зато я заметил. Я хотел сказать парням, что «Ёбаный мой рот, наступил же Новый год», но как-то зассал. Я начал ощущать себя не в своей тарелке, и что не гожусь для этой тусы. И вроде всё было лампово. Вроде всё было прикольно. Но как-то не то.

Окончательно отъезжать я начал, когда уебал, наверное, пятый стопарик водяры и выкурил сигарету. Тогда у меня уже всё плыло перед глазами, и я начал падать с ног. Парни меня любезно подняли и сообщили, что мне хватит, а затем отнесли к креслу, чтобы я передохнул. На тот момент я уже не знал, где Лёха, и найду ли я силы, чтобы его обоссать.