В кресле я ловил Вьетнамские флешбеки, то и дело отключаясь. Кажется, в какой-то момент ко мне подошла то ли Виолетта, то ли Машка, то ли ещё какая-то бабень. Мы пиздели о чём-то, она хихикала. Потом мы то ли пососались, то ли я её отшил, то ли, хуй знает, что произошло. Всё это я вспомнил, когда очнулся на том же кресле под уже более громкую музыку, которая нехило убивала уши. Ебашило так, что соседи, наверное, вешались прямо на мишуре.

— Сук… блеядь… рот… ебыал… — Проговорил я, сохраняя остатки рассудка. Но на самом деле его уже почти не оставалось. Я был пиздецки пьян. Прям до пизды.

И тогда-то я, блять, вспомнил про решение той ебаной задачи. Не знаю, как это вообще пришло в мой убитый мозг, и не знаю, нахуя я так упёрто хотел отправить решение моим одногруппникам в Новый год. Но я зашёл в файлы моего телефона, которые сливались в одну большую кляксу, выбрал самую последнюю фотку, написал «Пацаны, вот вам новогодний подгон» и нажал «отправить». Дело было сделано. Можно было и отдохнуть.

Я по-прежнему отрубался, но частично. От скуки я залез в мемный паблик и начал листать картинки со смихуёчками. Но почти все мемы я вообще не понимал, ибо был в говно. Не знаю, сколько я так просидел, но в какой-то момент у меня зазвонил телефон. Я даже не смотря, кто это звонит, взял трубку и… на этом всё. Тогда-то и наступил полный провал в моей памяти.

* * *

Я проснулся наутро в кровати абсолютно голым. Ну, хуль, новогодняя традиция…

Правда, был один нюанс. У меня почему-то очень сильно болело очко.

— Блять… — Я осмотрел комнату, в которой висели винтажные пластинки на стенах и плакаты с Лимп Бизкит и другими музыкальными группами. — Шо за хуета…

Я попытался подняться, но очко болело так, что сложно было нормально встать. Ещё и тяжёлая ноющая башка и вкус дерьма во рту добавляли красок этому прекрасному утру.

— Фух… только бы не блевануть… — Я всё же поднялся с кровати и схватил что-то типа пледа.

Как оказалось, в кровати спал ещё один человек, которого я сразу не заметил. Это был Валентин. Вот это мне уже меньше начало нравиться.

«Что вчера было? Почему у меня болит очко? Почему я спал в одной кровати с этим странным парнем? ЁБАНЫЙ РОТ!»

Я обхватил своё лицо руками.

«Я работаю не в том направлении! Ладно, ещё увидимся, Максим!»

«Не в том направлении, блять? Это как? Пидор шоле?»

— Ох, сука… сученька… что же было-то этой ночью… господи… — Простонал я.

Пердак обожгло сильнее, и тогда я понял, что случилось нечто, пиздец, какое мерзкое и грязное.

— СУКАААААА! НЕТ, БЛЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ! — Заорал дурниной я, отчего Валентин проснулся.

— Ты чего вопишь, Максим? — Спросил он.

— Ты, блять! ТЫ, НАХУЙ, МЕНЯ… ТЫЫЫЫ?! — Взвыл в полном ахуе я.

— Что там происходит… — Послышался усталый голос снаружи.

Я, забыв про боль, и про то, что я совершенно голый, вылетел в коридор, где чуть не сбил с ног сонного Андрея, в сопровождении Регины.

— Максон, что случилось? — Сонно спросил парень. — Ты такой взъерошенный…

— МЕНЯ ТРАХНУЛИ В ЖОПУ! АНДРЕЙ! МЕНЯ ВЫЕБЛИ!

— Да ты сам как бы… — Пожал тот плечами.

— ЧЕГО, НАХУЙ?! — Мой голос дрогнул. — Вы ахуели? Вы чего творите-то, бля? — Я понял, что сейчас разревусь.

Моё сердце так ходило ходуном в груди, что я ощущал, как сейчас завалюсь замертво, нахуй.

— Чё там у вас случилось, блять? — В коридор вышел Влад, тоже сонный и с помятым еблетом. — О, герой этой ночи! — Заметил он меня.

— Да вы чего, бля? Вы чего, а? — Не верил я в то, что это происходит.

Тут ко всей ещё радости из комнаты вышел Валентин:

— Максим, что случилось-то?

— Вы меня на пуканорвалку отправили? Записали в этих? Опущенных?

— Бляяя, он думает, что… ох… Максон, вот это я понимаю, оторвался! — Рассмеялась Регина.

— Ща пиваса принесу нам всем, и расскажу тебе, что случилось. А то без пива тут не разобраться! — Проговорил Андрей и поспешил в сторону кухни, ловко перешагнув через какое-то пьяное спящее тело.

— Умоляю, скажите, что в моей жопе ничего не побывало этой ночью! — Взмолился я, глядя на Регину и Влада.

— Не, ну тут мы соврём тебе, парень, если скажем так. — Рассмеялся качок.

— Суууууука… — Я понял, что мне дурно.

Что бы не побывало у меня сегодня в жопе — это было ужасно.

Архангел быстро вернулся с бутылками, вручил каждому и пригласил в уже ненавистную мне комнату. Честно говоря, пока я шёл с болящей сракой, то не знал даже, хочу я услышать правду или нет.