Всё было так печально и грустно, что меня просто переклинило. Особенно, когда я понял, что не могу физически разнять братьев.

— БЛЯТЬ, ДА ЧТО, ЕБАНЫЙ РОТ С ВАМИ ПРОИСХОДИТ! — Заорал я похлеще Андрея.

Охуели при этом все. Даже Герарт и Карл перестали драться.

— СУКА! ОДНА КАЛОША НАЛАКАЛАСЬ ТАК, ЧТО СЕБЯ НЕ ПОМНИТ, ВТОРОЙ ВООБЩЕ В КАКУЮ-ТО СУИЦИДАЛЬНУЮ ДЕПРЕССИЮ ВПАЛ ВСЕГО-ТО ИЗ-ЗА КАКОЙ-ТО ЖИРНОЙ ТЁЛКИ! ТЕПЕРЬ ЕЩЁ И ВЫ! ЁБАНЫЙ НАСОС, ТОШНИТ ОТ ВАС! ДА, Я ПЫТАЛСЯ ВСЕХ СОБРАТЬ НА КОНЦЕРТ, ПОТОМУ ЧТО ДУМАЛ, ЧТО ОН БУДЕТ КРУТОЙ. Я ОШИБСЯ. НЕ ОШИБАЙТЕСЬ ХОТЬ ВЫ! ТЫ! — Указал я на Карла. — У БРАТА ТВОЕГО, БЛЯТЬ, ТЯЖЁЛОЕ ВРЕМЯ! И ДЕЛО ДАЖЕ НЕ В ХУЕ, ИЗ КОТОРОГО ТЕЧЁТ, КАК ИЗ ШЛАНГА! ОН С ДЕВКОЙ, С КОТОРОЙ ВСТРЕЧАЛСЯ ШЕСТЬ ЛЕТ. ШЕСТЬ ЛЕТ, КАРЛ! ОН ПРОСТО ВЗЯЛ С НЕЙ И ПОРВАЛ. ТОЧНЕЕ, ОНА С НИМ. И ТЫ, КАК БРАТ, НАХУЙ, НЕ МОЖЕШЬ ЕГО В ЭТО ТРУДНОЕ ВРЕМЯ ПОДДЕРЖАТЬ?! А ТЫ! — Я указал на Герарта. — Я ПОНИМАЮ, ЧТО ТВОЙ БРАТ МУДАК, НО ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ОН ТЕБЯ ТРОЛЛИТ? ТЫ КАК РЕБЁНОК ВЕДЁШЬСЯ НА ЭТУ ТОЛСТОТУ! ВСЁ, СУКА! ВСЕ ВСТАЛИ ПО СТРОЙКЕ СМИРНО!

Удивительно, но близнецы отпустили друг друга и действительно выпрямились. Лёху с Юлей я не винил, им надо было хотя бы удержать друг друга.

— И вообще, многоуважаемый Герарт, ты, блять, у знахаря лечился или у гадалки? Что это за врач, который не рассказал тебе о твоей болячке? Трихономоаз или как эту хуету называют… Сука, я в тот же день загуглил, что это такое, и мне в первой же статье сказали, что этой парашей можно заразиться не только половым путём. Её можно подхватить, если коснуться заражённой вещи и почесать затем яйца. Или вообще, блять, в бассейне, нахуй. Тебе врач об этом не говорил?!

— Нет… Я даже не знал… — Проговорил в ахуе Герарт.

— Сука, так ходи к нормальным докторам, а не к тем, что с улицы два дня назад взяли. И ты ещё и тёлку свою винил? Пиздец…

— Макс… Но какого хуя ты раньше не сказал об этом?! — Спросил ошарашенно Герарт.

— Да тупо забыл! Вот сейчас вспомнил! Ну, что, чувствуешь себя мудаком?

— Пиздец… — Парень растерянно почесал свои кучерявые волосы. — Я же ходил в бассейн недавно… Охренеть.

— Вот уж дела! Да даже я не знал, что ЗППП могут передаваться другими способами, кроме половых контактов, а я-то уж явно умнее Герарта! — Рассмеялся Карл и тут же побледнел. — Так, стоп… Нет, мне кажется… Мне кажется…

— Что тебе кажется, овощ тупой? — Спросил злобно Герарт.

— У меня… у меня… хуй, блять, протекать начал… Прямо сейчас…

— Аха-ха-ха! — Герарт дико расхохотался и хлопнул охуевшего брата по плечу.

— Да ты пиздишь! Я не верю! — Я тоже уже смеялся.

— Нет, я реально. Это просто пиздец… А я ведь с Настюхой недавно общался! БЛЯТЬ! ААААА! — Карл схватился за голову.

Герарт уже валялся на земле и просто в голосину ржал.

— Так, сука, всё, это конечная, нахуй. Такой иронии судьбы я ещё не видел. — Я махнул руками. — Лёха, езжай с этими долбоёбами. Следи за тем, чтобы они снова не подрались.

— Нет… я этого лоха… больше трогать не буду… — Кричал сквозь смех Герарт.

— В общем, пиздуйте на автобус, а я нам с Юлькой такси закажу. Хотя, Лёха, если хочешь, поехали вместе с нами. Отвезём Юлю. — Предложил я, заметив, что жрица становится всё хуже и хуже с каждой минутой.

— Я… эм… поеду лучше… с братьями… — Ответил нервно тот.

— Пиздуйте тогда.

— Блять, да как это произошло?! — Возмущался Карл. — Вот ты гандон, конечно! — Он уже помогал встать всё ещё смеющемуся Герарту.

Вскоре все пошли на остановку, а я поспешил вызвать нам с Юлькой такси.

— Ты как? Живая? — Я помахал рукой перед лицом жрицы.

— Я, бля, живёе… всех… жвых… — Ответила та.

— Понятно! Смотри, не ебанись. Стой ровно. Какой у тебя адрес?

— Поблядушки точка ру! — Ответила та.

— Блять, я серьёзно! Дом у тебя какой?

— Кирпичный…

Так мы простояли ещё, наверное, минут десять, пока я вытаскивал из Юли, буквально, клещами информацию о её месте жительства. Наконец, она назвала улицу Жукова, дом сто тридцать. И хоть я её переспросил несколько раз, но всё равно был не уверен в том, что она назвала всё правильно. Тем не менее, такси я вызвал именно на этот адрес, и через пять минут подъехал белый рено.

— Залезай, ебанашка. — Я аккуратно запихал пьяную девку в машину, сел рядом и сказал, что мы готовы.

Таксист тронулся. Мы ехали по ночному городу, Юлька смотрела в окно, и казалось, что улетала в космическое пространство, потому что она частенько трясла головой, словно, чего-то шугалась.

— Ты как? — Спросил я.

— Хоть сейчас готова набить ебальник той суке… — Ответила невнятно девушка.

— Ты смотри свой ебальник не разбей, пока добираться до дома будешь! — Я потрепал Юльку по постриженным волосам. — Долго отрастать будут.

— Похуй.

— Не жалко было каре состригать?

— Похуй.

— Похуй, так похуй. — Вздохнул я.

Доехали мы быстро, ночная улица была полупустой, и мы в один миг оказались в незнакомом для меня дворе.

— Спасибо. — Поблагодарил я таксиста, когда рассчитался с ним и вытащил девушку наружу.

Забавно, но я даже толком не понял, как выглядел наш водитель. Это был, кажется, какой-то усатый мужик, но ни на что больше я не обратил внимания. Я всю поездку был либо в своих мыслях, либо следил за тем, чтобы Юлька не блеванула. Но девка держалась очень бодро, хоть и шла с макакьей кривизной.