— Здорова, народ.

Обернулись все, как один.

— Охуеть… — Только и смог выдохнуть я.

У Лёхи из зубов выпала сигарета.

— Вот это да! — Произнесли близнецы в один голос.

Перед нами стояла Юля, точнее, что-то на неё похожее. Её некогда тёмно-каштановые волосы превратились в угольно-чёрные, а карэ стало недокарэ. Её причёска напоминала пацанскую (да она и была таковой!): короткие волосы, неровные концы, словно, их в спешке обрезали ножницами (в чём, к слову, у меня не было сомнений). Но это не всё. Глаза Юли были ярко выражены чёрными тенями, причём навазюкала их девушка просто дохуя, отчего походила на готку. Также на Юльке была наброшена чёрная кожаная куртка поверх красной футболки. На куртке висело несколько стальных цепей. Ниже была чёрная короткая юбка (очень короткая), которая оголяла бёдра девушки. И то, что меня окончательно добило: это чёрные ботинки на высокой подошве, которые делали девушку выше чуть ли не на голову и чёрные чулки, доходящие до колен. Выглядела жрица не просто необычно, она, блять, выглядела так, словно перешла на тёмную сторону.

— Чего вы так уставились? — Спросила недовольно та.

— А ты типа не догадываешься, да? — Ответил я вопросом на вопрос.

— Подумаешь, поменяла имидж к концерту. Зато я сойду за свою, а вы там будете смотреться, как сраные ботаны на дополнительных занятиях. Где ваш клуб? Концерт, как уже пять минут, должен идти!

— Да, к слову, где клуб? — Спросил я, непонятно у кого. — Мы его так и не нашли…

— Идёмте искать, значит. — Кивнул Карл.

Мы промучались, наверное, ещё добрые десять минут в поиске места проведения концерта. Хорошо, что у Герарта хватило мозгов зайти в ресторан «Пингвин» и спросить.

— «Рапира» прямо по коридору. Идите до самого конца, там увидите! — Ответил весёлый пузатый охранник.

Ну, мы и потопали прямо по коридору мимо самого ресторана, где ужинали люди.

Коридор был, пиздец, длинный. Я думал, что он, блять, никогда не кончится, как аппетит Лёхи.

Наконец, перед нами появилась большая железная дверь зелёного цвета, над которой висела пыльная табличка «Клуб 'Рапира»«. На двери весела бумажка, на которой было написано 'Со своими напитками вход строго воспрещён!».

«А если я решил заняться уринотерапией, и мне каждые полчаса надо пить свою мочу из бутылочки? Что мне делать? Или можно просто попросить панков, думаю, что они с удовольствием поссут мне в рот, да и говном измажут, если надо!» — Подумал я, но не озвучил это, потому что обещал Герарту не шутить.

Мы вошли внутрь и… немного охуели. Какое же это было отстойное место! С чего начать? Маленький зал, маленькая сцена, маленький хуй Лёхи, грязный пол, хуёвое освещение (его почти не было, кроме двух сраных фонарей). Раздевалка представляла собой две стоячие вешалки у входа, на которые мы не рискнули повесить нашу одежду. Вместо бара был столик с бухлом, а вместо бармена быдловатый лысый мужик, сидящий на стульчике рядом, блять. И самое интересное: пустота. Тут почти никого не было. Кроме нас в зале стояло только двое: тощая девка в чёрной разрисованной кофте большого размера и плечистый лысый мужик лет тридцати. Их я и решил спросить о концерте.

— Здарова, народ, а концерт тут будет? — Окликнул я их.

Парочка повернулась и молча оценила нашу компанию. Тёлка вообще взглянула на нас, как на говно, а затем молча отвернулась. Мужик же, который оказался ещё и с грязной засаленной серой бородой, спросил в ответ:

— А вы на какую группу пришли, ребята?

— Эээ… группа… ээээ… бля… Не помню, как группа называется, но нас пригласил Андрей. Галкин, кажется.

— Туда вы пришли. Ждите, пока все подтянутся. — Ответил грубо бородач и отвернулся.

Если честно, то захотелось сейчас развернуться, выбежать, нахуй, из этого стрёмного места, сесть на автобус, приехать домой, забежать в квартиру, лечь под одеялко и начать сосать сиську мамы. Мамы Алексея, конечно же. Нет, ну реально, такого говна я просто не ожидал! Да никто, блять, не ожидал!

— В пизду… Я пойду возьму бухла… — Проговорила Юля и пошла к столику и мужику.

— Юла матерится? — Ахуел Карл.

— В последнее время — да. — Заметил я. — Либо это расставание на неё так повлияло, либо она просто хочет поддерживать образ крутой анархистки.

Мы тоже подошли к столику, чисто из интереса. Весь ассортимент тут состоял из дешманского пива, которое в магните можно было купить рублей по 30–50. И стоила тут бутылка этой ссанины двести, блять, рублей! Я хотел сказать мужику, что он ахуел, но вовремя вспомнил, что отпиздить меня тут могут, как нехуй. Тем не менее, я обещал Юле, что её угощу, и взял нам по бутылочке. Герарт и Карл сразу отказались, а Алексей грустно пошлёпал губёшками и потопал за нами, тоже ничего не купив. Народ подтягивался очень медленно: пришли две высокие готки, страшные, как пизда шимпанзе. За ними припёрся жирный патлатый парень в чёрной кожанке и закатанной шапке на голове, при этом, он был настолько жирным, что Лёха ему уступал по всем параметрам. Пополнить зал успели ещё два худых пацана с тоннелями в ушах, когда на сцену вышел Андрей:

— Всем здорова! — Радостно сказал он в микрофон.

— Хе-хей! — Вяло отозвались зрители.

— Так, пришли почти все. — Музыкант осмотрел зал. — Димас со Светкой опаздывают, как всегда… Ооо, Максон пришёл и привёл своих друзей! Красава! — Парень обратил на нас внимание, и мне захотелось провалиться сквозь землю, потому что все повернулись к нам, даже та тёлка с бородатым мужиком. — Народ, начнём разогрев через десять минут, пока можете воспользоваться ассортиментом нашего бара, чтобы не скучать! — Андрей удалился со сцены.