– Эх.
– Вздохнул капитан разведки.
– Андреича не любили, боялись. «Сверлом» называли, а он вон какой оказался. Вечная ему память.

Помянули, не чокаясь.

Воскресное утро выдалось немного прохладным, по местным меркам, ещё и ветерок. Хоронили Ведерникова на окраине местного военного кладбища, достаточно обширном, к слову. Хоронили, по понятным причинам, в закрытом гробу. Народа собралось не много, едва с пару десятков, из знакомых лиц увидел только Барабанова, а из женщин были только Маша и Наталья Васильевна из штаба. Причем мимо кладбища ходило достаточно много народа, и в какой-то момент мне стало досадно, что по большому счету всем наплевать на смерть этого человека.

Отцы-командиры сказали свои дежурные слова прощания и предоставили возможность всем желающим, которых не нашлось, даже Азат задумчиво переминался в стороне. Это и стало последней каплей, встал и подошел к небольшой трибуне.

– Граждане. Друзья. К большому моему сожалению, я недостаточно долго знал Евгения Андреевича, но мне выпала честь быть с ним рядом в последние минуты жизни.

Вдохнул поглубже и продолжил громче, краем глаза заметил, как остановились и прислушались некоторые прохожие.

– Сослуживцы Ведерникова не любили, даже боялись, так как его работа заключалась в том, чтобы найти самых опасных врагов, тех кто легко ударит в спину, подло, исподтишка. Он искал, и наверняка находил. Да - это грязная и неприятная работа была его долгом, долгом который он с честью выполнял. Работа, которая отняла у него друзей и даже близких, отдав себя ради общественного блага, он пожертвовал собой. И в последнем бою, он прикрыл своей грудью не только жизни своих подопечных, но и благополучие всего Протектората. Это был бой, которого он мог избежать, мог вообще ничего не делать, но он пошел на этот шаг, рискнул и в итоге победил в неравном бою. Да, он победил ценой своей жизни!

Вокруг повисла такая тугая тишина, что казалось пропали все звуки, а я продолжал.

– Всё что сейчас хочу сказать это то, чтобы вы помнили этого человека добрыми словами - он это заслужил! Настоящий Русский Офицер.

Подошел Барабанов, молча кивнул и похлопал по плечу.

– Ну ты, блин, выдал… - Азат опрокинул стопку беленькой и поморщился.

– Азат, а что не так?
– И тоже приложился к рюмашке, водка обожгла и расплылась теплом.

– Да всё так. Молодец. Я так же всё время считал, но не решался признаться себе в этом. Сказать в защиту Жени эти слова.

Поминки проходили в гарнизонной столовой и народа тут заметно прибавилось, при чем многие зашли после того, как услышали моё прощальное обращение. Я же проводил время в компании татарина и Медведя, поминали погибшего контрразведчика. Машу выловила Наталья Васильевна и о чем-то с ней беседовала в дальнем углу.

После поминок Нардин вывез нас в жилой сектор и предложил прогуляться по военному городку, так как времени до вечера было ещё полно.

Жилая застройка ППД никаким образом не напоминала ее воинскую часть. Аккуратные домики с газонами за декоративным невысоким штакетником, навесы и гаражи для автомобилей. На перекрестках, обозначающих кварталы размещались кафе, ресторанчики, парикмахерские. Этакая «одноэтажная Америка» в лучшем её проявлении. И дети, очень много детей и мамочек с колясками.

Жизнь била тут ключом и на какой-то момент мне стало так тепло на душе. Вокруг жизнерадостные лица, детский смех, родная речь и благоустроенная жизнь, все это так сильно контрастировало с шумным и довольно грязным Порто-Франко, что захотелось остаться тут.

– Нравится?
– Спросила Маша, которая последние дни по большей части молчала.

– Очень. Не думал, что тут так, не с той стороны увидел изначально. Помнишь наши первые впечатления?

– Помню конечно, и согласна с тобой. Здесь мне тоже нравится, как думаешь, тут можно остаться?

– Нет.

– Почему?

– Это для русских военных. А я ни разу не боец, толку от меня тут? Да и свой путь уже выбрал, много людей которые в меня поверили, не имею права их подвести, ты же понимаешь.

Маша ничего не сказала, лишь вздохнула.

Глава 62. Груз ответственности.

Новая Земля. Протекторат Русской Армии. ППД.

29 число 2 месяца 30 года. 8:00. Понедельник.

Утром уже успели позавтракать и допивали кофе, когда в помещении столовой показался Нардин.

– Доброе утро.
– Поприветствовал разведчик нас с Машей.
– Леонид, готов?