Оглянуться я не мог и сразу понял, что смотрю глазами Владимира, но всё же кое-что увидел. Его крепко держали какие-то амбалы в костюмах.

— Последний раз тебе предлагаю всё же задуматься о том, что моему Роду ты должен больше, чем императорскому, — спокойно произнёс Кропотов, безэмоционально смотря на «меня».

— Я благодарен вам, господин граф! Очень благодарен! — громко произнёс Владимир. — Но я на службе у империи! Вы и сами знаете, что это значит! Прошу вас не доводить до проблем!

— До проблем? — Кропотов спокойно покачал головой, а затем повернул голову в сторону, о чём-то размышляя. — Отказываешься, значит?

— Я служу империи! Как и вы!

— Верно, — кивнул Кропотов. — Ты всё правильно говоришь, Владимир, вот только ошибаешься в том, что чтобы служить империи, нужно служить Романовым.

— Это измена… — выдохнул Владимир.

— Нет, отнюдь, совсем не измена. Просто то, что Род императорский, совсем не означает, что он основа и опора империи. Есть и другие столпы.

— Вы не посмеете… — ужаснулся мужчина. — Вы не предадите Романовых…

Я почувствовал, как его сердце бешено забилось, в понимании того, что происходит.

Кропотов вдруг засмеялся, а затем медленно повернул голову в сторону Владимира и твёрдо посмотрел на него единственным глазом.

— Последний шанс, Владимир. Присоединяйся ко мне.

В целом я понимаю, почему он так ретиво пытается склонить его на свою сторону. Менталисты — чудовищная сила. И с такой силой нужно считаться. Он может сканировать мозги и определить, врёт человек или нет, а также может внушать то, что захочет. Если ему это по силам.

Тот же Меркулов воздействовал на баронов через разговоры. По сути — это гипноз, но куда как явнее выраженный. Если гипноз можно сбросить довольно просто, то вот воздействие менталиста очень сложно.

Я почувствовал воздействие и в следующее мгновение в сторону Кропотова понеслась волна ментальной энергии. Мгновение и она оказалась перед ним, но тут же разбилась и рассеялась волнами в разные стороны.

Артефакт.

— Владимир, Владимир… Не хочешь по хорошему получается? — покачал головой Кропотов. — Что же… Это твой выбор. Заводите.

Через мгновение послышался шум открываемых дверей и чьё-то мычание. Когда показали тех, кого внесли три амбала, Владимир сразу всё понял и яростно закричал:

— Ты не посмеешь! Если хоть волос упадёт с их голов… — он чуть ли не зарычал.

Трое амбалов тащили одну черноволосую красивую женщину в зелёном платье с длинными волосами, и двух ещё девочек. Одной на вид года четыре, одетой в желтое платье, а другой лет восемь и одета в белые шорты с белой футболкой.

Вокруг Кропотова заплясали молнии, неистово стрекоча и искрясь, не предвещая ничего хорошего. И Владимир это сразу понял.

— Я согласен, слышишь?! Согласен! Отпусти их! Я буду тебе служить! Клянусь! Только не трогай их! Я сделаю всё, что ты прикажешь!

Кропотов лишь покачал головой и ответил:

— Конечно же ты будешь служить, Владимир. Вот только теперь уже не добровольно, потому что был глупцом.

— Нет! Нееееет!!! — продолжал неистово кричать менталист, пока двух его брыкающихся дочерей оттаскивали от жены.

— Я научу тебя послушанию, — был всё также спокоен Кропотов. — Ты будешь мне служить и никогда не захочешь предать, иначе… Это будет ждать и твоих дочерей.

В следующее мгновение женщине сорвали со рта плотный скотч и, прежде чем её поразили молнии, она успела крикнуть:

— Будь верен себе, любимый!

Старшая дочь, как-то вырвавшаяся из рук амбала, скорее всего применив ментальную технику, закрыла собой вид младшей дочери на то, что произошло дальше.

Молнии, словно яростные шакалы, атаковали женщину, вгрызаясь в её тело. Она закричала, широко открывая рот и выгнулась дугой, не в силах терпеть эту боль… Пока её терзали синие всполохи.

Менталист не кричал… Он не мог кричать… Лишь пытался тянуться к своей любимой, пока весь зал сверкал от синевы молний.

Когда всё кончилось и зал погрузился в тишину нарушаемую лишь всхлипами взрослой девочки, Кропотов, всё такой же спокойный, подошёл к Владимиру.

— Если продолжишь брыкаться — та же участь ждёт и твоих дочерей.

— Я… — тяжело дышащий менталист попытался откашляться и по сигналу Кропотова его отпустили. Упав на пол, менталист очень часто дышал и пытался прийти в себя от того, что только что произошло.