Область отдала землю в пятьдесят гектаров неподалеку от посёлка, но полностью свободную от хвойного и лиственного леса. Кроме кустарника и сорной травы там ничего не росло.

— В этом году проведём кадастровые, инженерные и геодезические работы, — продолжал рассказывать свой план Герман, — а в следующем году будем коммуникация подводить.

— Много денег уйдёт, — буркнул Алекс.

— Не очень, — ответил на его выпад Герман. — В лучшем случае, в 2002 году начнём стройку. И ещё два года сама стройка. Так что в 2004 или 2005 году только начнём оборудование завозить.

— Ой, да делай что хочешь, — махнул рукой Алекс, поняв, что Герман не успокоится, пока не сделает то, что хочет.

— Дело хорошее, — ожил Роман Константинович. — Один вопрос: почему здесь?

— А почему нет? — посмотрел на него Герман.

— Действительно! — крякнул глава посёлка.

16 июля 2000 года. Москва, Технический переулок, д. 2. Главное следственное управление Генеральной Прокуратуры Российской Федерации.

— Ну не знаю, что-то нагнали жути про этого Диверсанта, — высказался коллега Сергея Фёдорова по имени Дмитрий.

«Опер» из Московского уголовного розыска, молодой парень 27 лет, но уже пять лет отработавший в городском уголовном розыске. До этого, проходивший службу в районе Лефортово. За активность и светлый ум, был замечен и переведён в городское управление. Участвовал в задержании особо опасных преступников с применением огнестрельного оружия, так что считал себя хорошим профессионалом. И предупреждения со стороны Соколова посчитал несколько надуманными.

Вся сформированная следственно-оперативная группа вчера знакомилась, а сегодня собралась в полном составе у Паршина, для более предметного разговора, распределения направлений работы и людей — по секторам отработки свидетелей, мест происшествий и т.д.

«Опера» из МУР-а и приехавшие от Волкова два «опера» из области, после проведённого совещания решили перекусить и заскочили в небольшой ресторанчик рядом со Следственным управлением ГП РФ. С ними увязался Паша Кравцов, в чьи обязанности особо не входило участие в самом расследовании, специфика у него другая — физзащита и захват особо опасных преступников, но не гнать же его. Так что ребята были совсем не против его похода с ними.

— Не скажи, Дима, — хмуро ответил ему Сергей Фёдоров. — Опасный тип этот Диверсант.

— С головой у него явный непорядок, — поддержал его Кравцов. — Что не мешает ему действовать очень эффективно.

— Да ладно вам, — не очень верил им Дмитрий.

Ребята из Подмосковья оказались молчаливым, может просто чувствовали себя не очень комфортно: «муровцы» и сотрудник ФСБ вместе с ними. Парни хоть из областного управления, но авторитет сильно пожиже.

— В общем, — по старой профессиональной привычке, Сергей оглянулся по сторонам. Время было около двенадцати дня, так что посетителей в ресторане, кроме них было всего два человека: мужчина и женщина, сидевших за столиком в дальнем от них углу. — Пришлось мне с Пашей схлестнуться с ним в Екатеринбурге в близком контакте.

— Оба-на! — подобрался Дмитрий. — При каких обстоятельствах?

Сергей в общих чертах рассказал всем присутствующим про июль 1997 года, когда в Екатеринбурге он с Пашей Кравцовым столкнулись с Диверсантом на крыше многоэтажного здания, неподалёку от казино Штэмпа.

— Спеленал нас, как кутят, а потом по бандюкам из «ВАЛ-а» и гранатомёта отработал. Я помог Паше развязаться, он попытался взять Диверсанта, — Сергей кивнул в сторону Кравцова.

— И? — заинтересованного смотрел на него Дмитрий.

— Я сам бандитов не раз брал. В том числе со стрельбой. И могу со всей ответственностью заявить, что не ожидал, что он вывернется из захвата, а потом меня опять повяжет, — Костя решил внести свою лепту в разговор.

— Мог убить, но не стал, — вздохнул Сергей.

— Ну мало ли, — повёл плечами Дмитрий. — Может не захотел на себя вешать двух сотрудников правоохранительных органов?

— Ну да, — невесело рассмеялся Сергей. — Во время перестрелки у казино погибло девятнадцать человек, раненых — двадцать пять. Для Диверсанта уже на пожизненное «светит», так что какая ему разница — трупом больше, трупом меньше. А сейчас на нём несколько пожизненных, хотя мы не в США, ему и одного хватит.

— Он действующие или бывший сотрудник спецподразделений, — добавил Павел.

— Это, конечно, хуже, — почесал подбородок Дмитрий. — Но и таких брали. Один раз я участвовал в захвате бывшего командира отделения разведроты — десантник: подрабатывал киллером. Второй раз — офицер из ОМОН-а: «сливал» информацию и продавал места жительства своих товарищей. Уроды! — поморщился он.

— Да ну, тебя, — махнул на него рукой Сергей. — Мы озвучили, ты — услышал. Принимать на веру или нет — это твоё личное дело.