Вот с момента, когда мы по-очереди стали садиться на ложементы капсул медицинской гибернации все и полезло наружу.

— Что за ужас у тебя с ногами?! — воскликнула мать Цзана, рассматривая отчет капсулы на планшете.

— Моя вина, — церемонно склонил голову мой одногруппник. — Мне показалось, что ударить ногами робота-убийцу одаренных будет хорошей идеей. Показалось.

— Мне сказали, вы вернулись на корабле большого тоннажа! — всплеснула руками женщина. — Там не было ни одной действующей капсулы?

— Да как-то не болело и не мешало, — смутился парень.

— Быть не может такого, — отрезала родительница.

— Моя вина, — пришлось выступить вперед. — Робот шел по пятам, Цзан не мог снять «рубашку» — иначе был риск критического кровотечения. Вот и…

— Мы бы все на Фортуне бы и подохли, если б Ори не умел исцелять, — вмешалась Шая. — То есть, простите, лишились жизни из-за ранений. Правда, выглядит лечение иногда… брр!

Нашего микростатега отчетливо передернуло.

— Целитель-подмастерья, да еще в столь юном возрасте? — несколько другим взглядом посмотрела на меня женщина.

Сказать? Не сказать? Нет, лучше показать.

— Я бы сказал, этот способ целительства не зависит от ранга, — я подошел к комнатному цветку, подстриженному до формы идеального шара. Провел рукой — и гармония тут же нарушилась из-за отросших листьев и ветвей.

По глазам увидел: поняла!

— По некоторым причинам мне хорошо удается изучать разные… стили, да. Стили, — не разрывая зрительный контакт, я показал ей, как моя ладонь окутывается чернотой «железной рубашки».

— Но все ж ты же не будешь спорить, что нужно довести лечение до конца? — кивнув, спросила меня Кунг Венлинг. — Вот и славно. Цзан, ложись, я закрою…

— НЕТ! — рявкнул мой побратим, мгновенно покрываясь пленкой «рубашки» и рукой хватаясь за крышку капсулы, блокируя её в открытом положении. Сила захвата была такой, что корпус медицинского прибора с противным хрустом пошел трещинами. — Нет…

Видно было, что наш несгибаемый «шаолинь» сам от себя такой реакции не ожидал.

— Нас обманом заставили лечь в капсулы и едва не продали в таком виде на рынке рабов, — объяснила Анасдея. — Если бы не Ори…

— Брат Цзан, ложись спокойно. Я подежурю, — вдруг подал голос Джар. Как и всегда вне боя он молчал. И делал это так успешно, что про него временами просто забывали.

— Если Ян устанет, я его сменю, — пообещала Шая.

И только тут до матери экс-главы семьи Кунг начало доходить.

— Кто посмел сотворить с моими детьми такое? — вроде бы тем же голосом спросила она. Вот только угрозой от неё так и шибануло. На Келе перья дыбом встали, а Фира распушилась вдвое и припала на передние лапы, оскалившись.

— Мы их убили, — спокойно ответила Ренфолд. Подождала немного, и уточнила: — Всех. Почти всех. Некоторые умерли очень нехорошо — я лично постаралась. Из уцелевших большая часть сейчас дает показания друг против друга СБшникам клана Ли.

В противовес материнской ярости слова нашего микростратега словно окутывал могильный холод. Венлинг вздрогнула.

— У нас у каждого за спиной свое небольшое личное кладбище, мам, — Цзан все-таки смог себя пересилить и скинул «рубашку». — Кроме Ори. У него оно большое. Все-таки свой первый пиратский крейсер он захватил в одиночку. И тот, в отличии от «Фурии», нес не истребители, а рейдеры, битком набитые абордажниками.

— Они сильно повредили и захватили корабль, где мне довелось служил юнгой, — поморщился я от такой «рекламы». — Я чудом успел разложить команду по капсулам. Единственным способом спасти им жизнь оставалось захватить крейсер-носитель и довести его ближайшей обитаемой планеты.

Матриарх встретилась со мной взглядом — я не стал отводить. Секунд на десять мы так застыли… а потом Кунг Венлинг согнулась в глубоком поклоне.

— Прошу простить, глава! Эта женщина сразу не поняла, что Кунг Цзаном двигали не сострадание и одиночество потерявшегося ребенка, когда проводил ритуал братания.

У меня защемило сердце — хоть мать нашего шаолиня мне была совершенно чужой — я уже составил о ней первое впечатление. Да, пусть семья Кунг оказалась в паршивой ситуации — но он все же оставался на недосягаемой высоте для простых смертных. И вот так принять в семью совершенно незнакомых детей просто по слову сына — нужно большое сердце. И уж обнимать нас Ли Венлинг никто не заставлял. В аналогичной ситуации Констанция Талани, помнится, стала отговаривать Тесс: мол, зачем им я. Обуза лишняя. Правда, надо отдать Кони должное: поставленная перед фактом, ведьма действительно постаралась стать мне матерью. Ну, насколько вообще могла.