Шрифт:
Паркуюсь на обочине и выскакиваю из машины. Молча бегу к ней. Хватаю за руку, разворачивая к себе лицом.
– Пусти меня! – визжит Алиса так громко, что я одергиваю руки и поднимаю ладонями вперед. Ощущение, что если я прикоснусь к ней снова, то у нее начнется настоящая истерика.
Стоим друг напротив друга. Молчим. Вижу, что плакала. От туши не осталось и следа.
– Алиса, – зову тихо.
– Замолчи! – выдыхает она устало. – Я не хочу.
– Что?
– Говорить. Видеть. Чувствовать. Просто уходи. – трет она переносицу.
– Я тебя люблю, – выдыхаю слова, которые не говорил, кажется, никому и никогда уже лет двадцать.
– Не надо, – усмехается Алиса с горечью в голосе.
– Да не мой это ребенок! – рычу. – Ты просто Лерку не знаешь. Я уверен, что там и беременности-то никакой нет.
– Пусть, – пожимает Алиса плечами. – Зато я видела, как ты ее чуть не задушил подушкой.
– Эта… тварь слила меня и это из-за нее сожгли мою машину, да и меня самого чуть не грохнули. – сам не замечаю, как начинаю повышать голос, потому что чувствую, что бьюсь башкой о каменную стену. – Мне что, надо подставить вторую щеку?! Сдохнуть, но остаться кристально чистым?!
– Нет, – Алиса остается спокойной и отстраненной. – Я все понимаю, Рэм. Я просто не хочу быть никак с этим связана. Я не готова. У меня дети.
Ошарашенно наблюдаю, как она стягивает с пальца кольцо и протягивает мне.
– Одень обратно, – рычу, трясясь от ярости.
– Нет, – качает она головой.
– Надень я сказал! – ору как ненормальный.
– Нет, – не вздрогнув, качает головой Алиса. – Или меня тоже наручниками пристегнешь?
Хватаю с ее руки кольцо и с размаху зашвыриваю как можно дальше.
Что я ей сделаю?! Да нихуя не смогу! Даже если трахаться при мне с другим будет, я не смогу и волоса на ее голове тронуть.
Стону в ладони, как раненый зверь.
Лучше пулю в сердце, чем ее “нет”. Лучше сдохнуть, блядь!
– Садись в машину, я отвезу тебя домой, – выдыхаю сорванным голосом. – И ты не услышишь обо мне больше. Обещаю.
Алиса обхватывает себя за плечи и кивает.
Прикуриваю и чувствую, как руки дрожат от напряжения.
Едем молча. Я веду, как придурок, нарушая все возможные правила. Хочу, чтобы она подала голос. Попросила меня быть аккуратнее. Заорала, что я дебил. Хоть что-нибудь! Но Алиса молча смотрит в окно, будто не замечая ничего вокруг.
Подъезжаем к дому. Паркуюсь возле подъезда. Молча выходим из машины. Огибаю ее и подхожу к своей рыжей судье, вынесшей мне смертный приговор. Тяну ключи.
– Нет, – Алиса мотает головой.
Молча с размаху врезаюсь кулаком в дверь машины, оставляя на ней вмятину.
Алиса подпрыгивает.
Снова тяну ключи.
– Дочь завтра отвези, как и договаривались, – рычу тихо. Алиса несмело тянет руку и все-таки забирает ключи с моей ладони. Берет их так, чтобы ненароком не коснуться моей кожи.
Больно.
– Прощай, – отвернувшись, бросаю через плечо и быстро ухожу.
Знаю, что она не бросится догонять меня.
Потому что умеет справляться и без мужика. Будет выть от усталости, но выживет.
А вот я… Что будет со мной?
46. Алиса
Мы из разных миров.
В моём спасают людей. В его – убивают.
И я не понимала, насколько это страшно, пока не увидела своими глазами.
– Мам, я суп приготовила. Поешь? – заглядывает в комнату Забава.
Отрицательно качаю головой и продолжаю сверлить глазами потолок.
– Трещина пошла по штукатурке. Надо бы отремонтировать. – говорю дочери лишь бы хоть что-то ответить.
Она со вздохом закрывает дверь.
Я не хочу есть. И говорить. Да и жить я тоже не хочу, в принципе.
Я пыталась держаться. Первую неделю как в бреду ходила на работу, но за это время ко мне успело прирасти прозвище “фюрер” и я ушла в отпуск за свой счёт. В конце концов, люди не виноваты, что их заведующая снова поверила в любовь и натворила дел.
Хорошо, что Злата на реабилитации. А если бы я начала срываться на ней? Ведь она бы обязательно спрашивала о… нем.
Чувствую, как слезы срываются по вискам, затекая в уши.
Он, как и обещал, не появляется. И это хорошо. Потому что так правильно.
Мы из разных миров.
Я из того, где люди работают за среднюю зарплату, берут ипотеку и живут вместе, потому что так легче тянуть лямку, называя это любовью. А он… а у него костюм по цене самолёта и невероятной красоты беременная женщина. И если для него это не любовь, не счастье, то… что?