— Камилла, — обратился он ко мне. — Машину привели в порядок — поломка была не очень значительная, смогли помочь. Дорогу тоже расчистили. Сейчас мы пообедаем в ресторане и отправимся домой. Собирайся.

— Я собрана, — пожала я плечами. Кроме вещей, что были на мне после стирки, больше ничего у меня с собой и не было. Нечего собирать.

— Хорошо, тогда пойдём обедать.

Наш обед был таким же молчаливым и напряжённым как и утро. Я просто не смела задать какой-то вопрос, не смела даже в сторону его смотреть. Я боялась услышать, что эта ночь была для него лишь мимолётным развлечением. А если задам вопрос — могу услышать совсем не тот ответ, который был бы мне приятен. Хотя какой тут может быть ещё ответ? Дамир женат. Я всё и сама прекрасно понимаю, и задавать вопросы просто бессмысленно. Уже когда мы ехали по заснеженной трассе, я всё же решилась спросить. Потому что на самом деле не знала, как жить дальше.

— Дамир, что мне делать?

— Ничего, — ответил он.

— Как я появлюсь теперь дома?

— Как обычно, — снова коротко ответил он. — Не показывай, что что-то случилось. Все должны быть уверены, что ты по-прежнему невинна. Иначе тут же свяжут с этой ночью, которую мы провели вместе. Для всех — между нами ничего не было. — Я не смогу скрывать это вечно, — опустила я голову. — Карим поймёт…

— Поймёт.

— И что мне делать?

— У меня сейчас нет решения для тебя, — ответил он, и душу заполнило горькие чувства разочарования и отчаяния. Я замолчала. А чего я ждала от него? Я сама согласилась стать игрушкой на одну ночь. Я сама этого хотела. Я желала понять, что такое быть женщиной с тем, кто мне самой нравится. Я не жалею ни о чём. Но мне теперь больно и страшно… У этой ночи может оказаться слишком высокая цена. Муж моей сестры уверенно управлял огромным внедорожником и смотрел только на дорогу. Ничто не говорило о том, что произошло прошлой ночью.

Никто не должен узнать, какой теперь нас связывает секрет — один на двоих.

— Если возникнут сложности, — заговорил снова Дамир. Его холод после всего причинял мне боль. Но я не признаюсь в этом никому. Я успела влюбиться, но его это точно не волнует. — Скажи мне, я всё решу.

— Ты про что? — не поняла я.

— Ты понимаешь. Могут быть последствия.

Понимаю. Понимаю, что всё это придётся разгребать мне самой…

Руль сжимал так, что он едва не треснул. Собственные зубы почти что крошил. От того, что не удержался. От того, что натворил. На что обрёк девчонку, которая просто пыталась получить глоток свободы.

От того, что я сейчас на самом деле не знаю, что со всем этим делать.

Одно мне ясно — я убью Карима, если он дотронется до моей девочки.

Теперь она моя, так уж вышло этой ночью. Я этого хотел, не она. И только мне отвечать за это. Но я в самом деле пока не нашёл решения.

Всё вовсе не так просто. Она наивно задаёт казалось бы логичные вопросы, но мне просто нечего ей сейчас ответить. Она думает, что в капкане. Но я тоже!

Нельзя просто сказать всем «извините, я передумал насчёт брака с Ритой. Камилла круче в постели, мне понравилось с ней кончать, поэтому мы просто уходим!»

Фархат решит вопрос кардинально — меня, может быть, не тронет, потому что прибить незаметно прокурора не так уже и просто, хотя пулю в лоб от заказного киллера никто не отменял, а вот судьба Камиллы может быть печальной.

Нужно действовать осторожно.

То, что с Ритой не останусь, я решил для себя. Но говорить о том, что это решил прекрасный секс с Камиллой ни в коем случае нельзя.

Нужно что-то думать…

Мама долго причитала, как же мы так застряли на ночь в каком-то непонятном мотеле. Она и Фархат действительно переживали за нас, хотя мне показалось больше снова за то, что скажут люди.

Весь день я толком даже не ела — так тяжело было на душе. К вечеру легче не стало — приехал в гости Карим, и естественно, пожелал меня видеть, о чём мне пришла сообщить мама.

— Давай, милая, — поднимала она меня с кровати. — Нельзя так неуважительно относится к жениху. Карим к тебе со всей душой.

— Я не хочу его видеть, — ответила я и отвернулась к стенке. — Пусть думает что хочет.

Особенно не хочу его видеть после ночи с Дамиром. Теперь мне ещё более невыносима мысль, что после свадьбы ночами я буду терпеть губы и ласки Карима на себе. Он будет брать меня, получать удовольствие, а я — просто терпеть словно я проститутка какая-то. В общем, похоже — ведь меня тоже купили. Только всю мою жизнь и на большой срок, назвали женой. Но суть от этого не меняется.

— Камилла, — позвала меня мама. — Ты что — надумала бунтовать?

— Я плохо себя чувствую.

— Я вижу, — негромко ответила она. — Камилла…

Она заставила меня смотреть ей в лицо.

— Ты изменилась после этой ночевки в Дамиром. У вас что-то было?

— Нет, — покачала я головой. — С чего ты взяла?

— Почему тогда ты себя так ведёшь? Ты словно влюбилась в него.

— Нет.

— Что тогда?

— Ничего, мам, — начала я раздражаться. — Мы просто застряли на дороге, ни больше и не меньше. Дамир бесит меня, ты же знаешь! Он сухарь и зануда. Не завидую Ритке. И всё. Ничего здесь не изменилось за прошедшие сутки.