Шрифт:
В горле встал ком. Она с кем-то говорила по телефону, и я понимала, речь идёт обо мне. Ведь я была замарашкой для них. Беспонтовой замарашкой…
– Я Рауль!
Дверь комнаты так быстро открылась, что я растерялась. Во все глаза смотрела в карие, почти чёрные глаза. Красив? Очень красив. Делает шаг ко мне и пододвигает пуфик.
– Присаживайтесь!
Я осторожно сажусь. На «вы» – надо же. Сердце бешено стучит. Он садится напротив, так внимательно смотрит на меня, а я сама взгляд от него отвести не могу.
Всё внутри дрожит, как приступ судорожного мучительного кашля заставляет меня согнуться.
– Возьмите воды! Я отвезу вас к доктору!
Отпиваю, забрав с его рук стакан, и смотрю на него. Внимательно, прямо в глаза.
– Зачем вам это?
– Я хочу помочь! Мне недолго осталось, надеюсь, вы будете жить долго и будете счастливы! Где ваша семья?
– Почему недолго? – теряюсь я.
Чёрные глаза с красивыми искорками устремлены прямо на меня.
– У меня рак!
В глазах темнеет. Господи, за что… Ему же нет ещё и тридцати… Почему…
Глава 10
– Батон и пирожные! Лесные корзиночки с розовым кремом!
Я сама не знала, зачем я их попросила… Как это всё глупо было. Просто так хотелось вкусного, а ещё утереть им нос, что я тоже могу себе позволить.
Продавщица Люся удивлённо посмотрела, но ничего не сказала, а упаковала мне их в красивую коробочку. Это было не передать словами. Не взглянув на одноклассницу, быстро пошла на улицу, не останавливаясь ни у молочного, ни у колбасного отдела.
Скоро всё изменится, я разбогатею и буду есть пирожные каждый день. Прижимая к себе заветную коробочку, быстро направилась в сторону дома. Там ещё маме… А уйдёт эта противная курица, и я обязательно схожу за молоком.
– О, Замарашка!
У дома я резко затормозила. Константинова в обнимку со своим парнем и ещё одной Мариной Власовой и таким же гопником рядом с ней. У меня потемнело в глазах. Что им надо… Так не обращать внимание… Только не обращать…
– Замарашка, стой!
Я остановилась у подъезда. Дорогу мне преградил Машин парень. Здоровый Антон Сергеев, противный, весь в татуировках. Сердце бешено забилось, я сильнее прижала коробочку к себе. Господи, помоги, только помоги…
– Что вам от меня надо?
– А что это у тебя здесь?
Он резко вырывает коробку у меня из рук, а у меня темнеет в глазах.
– Отдай сюда, это не твоё!
Пытаюсь вырвать у него из рук коробочку, как кто-то подставляет мне подножку, и я лечу прямо в лужу. В лужу к его ногам. Раздаётся громкий хохот, а я, с трудом встав, вижу, как туда летят пирожные. Такие дорогие и вкусные корзиночки с лесными грибочками и розовым кремом. По щекам текут слёзы. Отчаянные слёзы… За что… Почему они так со мной… За что…
– Ооо, пирожные полетели!
Я с ужасом смотрела, как корзиночки валяются в грязной луже. Как я мечтала в этот августовский день, когда в воздухе уже витала осень, прийти и съесть пирожное с чаем, угостить маму. Как я мечтала… А сейчас любимые, такие заветные, сказочные корзиночки валялись в луже.
– Пирожные бедной Замарашки в луже! Что ты не ешь!
Антон с силой схватил меня за волосы и швырнул обратно в лужу. У меня потемнело в глазах… От ужаса… Я упала обратно, а сильный удар ноги заставил меня полностью погрузиться в неё. Боль, обида, унижение… Всё в одно смешалось. Так страшно было.
– Отпустите меня! – тихо произнесла я. – Отпустите!
– Жри! Что ты не жрёшь! Жри свои пирожные, крыса!!!
– Захар, ты чего! Захар, прости! Захар, это же Замарашка!!!!
Сильный удар, и он отлетает к двери. Я поднимаю голову. Второй тоже летит, удар, ещё один удар… С трудом смотрю на них… Слёзы текут по щекам…
– Я тебе новые пирожные принесу! А хочешь, в ресторан пойдём?
Мы сидели на качели, и Женя держал меня за плечи. Он что, мой ангел-хранитель? Второй раз он меня спас, второй раз…
– Не хочу никуда, эти пирожные…
В горле встал ком, а Женя неожиданно к себе развернул. Его сильные руки мои плечи сжимали. Так крепко держал, а мне казалось, я сейчас упаду. Просто сознание потеряю, так трясло изнутри…
– Я тебя никому в обиду не дам, ты маленькая такая!
Его голубые глаза меня, кажется, насквозь прожигают, сердце бешено стучит, а я теряюсь…
– Я…
– Ты… Не знаю, что в тебе такого особенного, но я тебя никому в обиду не дам! Никогда!
Глаза закрываю… Это сказка? Этого не может быть… Что он от меня хочет? Он же старше. Сердце бешено стучит…