— Я нашёл старые записи, —пытаясь вновь сконцентрироваться, продолжил я. — Они говорят о том, как в семидесятых годах из роддома у реки пропадали дети. Есть ли здесь связь с Казыткой?

Хранитель помолчал некоторое время, словно раздумывая, а потом сказал:

— Связь есть. Но ты немного ошибаешься. Ты предположил, что Лоскотуха занимается такими вещами одна. Однако есть ещё кое-кто — Кука. Так звучит настоящее имя Кикиморы. Она всегда похищала детей и передавала их в Навь. И если бы ты более внимательно листал бумаги Исмагила, то понял бы, что это далеко не конец истории. Ты бы спрашивал не только про похищения в семидесятых. Потому, что они продолжаются и сейчас.

Моё сердце пропустило удар. Я не мог в это поверить. Но Чётвертый Хранитель, судя по всему, был очень далёк от розыгрышей.

— Похищения детей происходят до сих пор? — спросил я, всё ещё не веря в услышанное.

Он кивнул и сказал:

— Да. Не так часто, как раньше. Но их продолжают забирать. Раз, приблизительно, в полгода. Это всё ещё происходит. Ты спрашиваешь, что нужно делать? Ты ведь знаешь, Станислав, что ответы не всегда бывают такими, как ты себе их представляешь.

Моё сердце забилось быстрее. Я начал осознавать, что простых решений больше не будет.

— И что мне делать? — спросил я, ощущая, как голос начинает дрожать.

— Всё зависит от тебя, — сказал Хранитель спокойно и твёрдо. — Если хочешь продолжать, то ты должен выбрать, какую цену ты готов заплатить за ответы на свои вопросы. И ещё, запомни, Станислав, ты не сможешь вернуться обратно, если, а точнее, когда перейдёшь эту черту.

Я стоял в тёмном зале, не зная, что сказать. Внутри меня боролись два чувства: страх перед тем, что предстояло, и желание узнать больше, даже если это будет стоить мне всего.

— Что теперь? — спросил я. — Я должен искать дальше?

— Если ты решишь, что готов, — ответил Хранитель. — Помни, что любой твой выбор будет иметь последствия.— Секундочку. Я правильно понимаю, что Казытка и Кука как бы работают вместе, похищая детей?— Нет. — он качнул головой. — Кука забирает только младенцев. Лоскотуха ищет лучший способ причинить боль. Всеми правдами и неправдами.

Пока я переваривал услышанное, Четвёртый сделал всего полшага назад и исчез в тени. Хлопая глазами, я пытался понять, как и куда он так быстро скрылся. Прошёлся пару раз по месту где он только что стоял, не нашёл ничего, никаких потайных дверей или люков.

Направился на выход, бормоча себе под нос:

— Опять ушёл не попрощавшись. А я хотел контактный номер попросить. Мало ли что уточнить потребуется.

Тьма заброшенного кинотеатра медленно растворилась за моей спиной, когда я вышел наружу. Всё, что я сейчас узнал о Лоскотухе, не принесло мне облегчения. Наоборот, я всё больше ощущал, как погружаюсь в паутину, которую она плела.

Оказывается, Лоскотуха изначально была не инфернальной сущностью, а обычным человеком. Её трагедия и стала причиной того, что она трансформировалась в то, чем является теперь.

«Теперь, Стас, ты решаешь, в какой игре тебе участвовать». Ну да, в игре. Только одна из ставок в этой игре, вероятно, моя собственная голова. Или здравый рассудок.

Я стоял у двери кинотеатра и смотрел на ночной город. Обстановка вокруг казалась привычно спокойной. Всё выглядело как всегда. Но я знал, что это была только видимость. И за этим видимым спокойствием скрывалось нечто большее. Я чувствовал это в каждом вдохе, в каждой мысли, которая вкручивалась в голову, лишая сна и безмятежности. «Итак, чтобы найти ответы, мне нужно было отправиться в тот район у реки.» —возникло в голове решение.

Лоскотуха, Кикимора по имени Кука, исчезнувшие дети — все эти фрагменты были частью целой картины, которую мне нужно было собрать. Но как?

Ну, предположим сегодня ещё покопаюсь в старых записях деда. Кажется видел там листок со списком точных адресов и названий. Название больницы, адрес роддома. Несколько страниц о том, как исчезали дети, ещё одна страница с именами. Посмотреть опросы свидетелей? Выписать фамилии докторов и медсестёр? Что мне это даст? Наверняка они уже давно не работают. Есть ли смысл их искать? Помнят ли они что-то с тех пор? Прошло почти пятьдесят лет.

«Завтра я обязательно поеду в этот неспокойный район у реки, где происходили странные события. Ведь если я погружусь в атмосферу того места, то, возможно, смогу найти там ответы.»

Это была моя последняя ниточка и я не мог её упустить.

Я опять спал плохо. Хотя, правильнее сказать — не спал вовсе, просто закрывал глаза и погружался в вязкий, густой туман, из которого невозможно было выбраться. Это было и не сном, и не явью, а чем-то промежуточным, зыбким и клейким, как холодный мёд.