— Сука!

Провал. Полный, унизительный. Трое лучших бойцов лежали мёртвыми в проклятом доке. Цель, Хавьер Рейес, ушёл. И ушёл не один. Кто-то вмешался. Снайпер, работающий как призрак.

Он нажал кнопку на зашифрованном коммуникаторе.

— Говори, Марко, — голос Хелен Рихтер в наушнике был холодным, как скальпель.

— Цель ушла, — выдавил он. — С посторонней помощью. У нас трое двухсотых.

В наушнике повисло молчание. Марко представил её лицо — непроницаемую маску, за которой бушевала мигрень. Он ненавидел подводить её.

— Найди его, Марко, — наконец сказала она. Голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Найди его. Или можешь не возвращаться.

Связь прервалась.

Марко откинулся на сиденье, закрыл глаза. В ушах звенел голос Рихтер. Он сжал кулаки, костяшки побелели. В кармане завибрировал телефон. Сообщение от жены. Он сбросил вызов, не читая. Не сейчас. Сейчас нужно было думать.

— Группа Бета, доклад, — сказал он в рацию. — Информатор. Клаус. Он вам нужен живым.

— Видим его, босс, — ответил голос. — Он ранен в ногу, пытается уползти. Лежит у западного выхода.

— Взять его. И уходим.

Но было уже поздно.

Марко снова поднял бинокль. Он увидел Клауса, который корчился на земле. К нему подъехал неприметный серый фургон без номеров. Двери распахнулись, и из него вышли двое в гражданской одежде. Они двигались без суеты, буднично и страшно.

— Босс, тут посторонние! — закричал в рации командир группы Бета. — Приказы?

Марко смотрел, затаив дыхание. Его люди, вышедшие из укрытий, направили оружие на пришельцев. Но те их словно не замечали. Один присел рядом с Клаусом и сделал ему укол в шею. Тот мгновенно обмяк. Второй забросил его тело в фургон. Всё произошло за десять секунд.

— Стрелять? Босс, приказывайте!

Марко колебался. Кто это? Их движения были слишком отточенными, слишком спокойными.

Пока он медлил, фургон захлопнул двери и плавно тронулся с места, растворяясь в утреннем тумане.

Марко опустил бинокль. Позвоночник свело ледяным спазмом. Это были не просто профессионалы. Это были волки.

Он снова нажал кнопку вызова.

— Рихтер.

— Что ещё, Марко? — в её голосе было неприкрытое раздражение.

— Информатора… только что забрали. Прямо у нас из-под носа.

В ответ — долгое, тяжёлое молчание. Оно было страшнее любого крика.

Они поднялись по ржавой лестнице и остановились у решётки вентиляционной шахты. Сквозь грязные прутья открывался вид на западный выход из дока. Отсюда, из тени, они и наблюдали за отъезжающим фургоном.

— Кто это, блядь, такие? — прошептал Хавьер, чувствуя, как его паранойя разрастается до вселенских масштабов.

Женщина молчала. Но Хавьер увидел, как её губы сжались в тонкую, белую линию, а в глазах полыхнула неприкрытая ненависть. Она знала, кто это. И это пугало его гораздо больше, чем перестрелка.

В этой игре было больше игроков, чем он мог себе представить. И он был даже не пешкой. Он был наживкой.

Сон был роскошью. Хавьер её себе позволить не мог. Он сидел, вжавшись в узкое кресло эконом-класса, и смотрел в темноту за иллюминатором. Десять тысяч метров отделяли его от земли, но он никогда не чувствовал себя так близко к аду.

Гул двигателей «Боинга» был монотонным, убаюкивающим шумом. Должен был успокаивать. Но для Хавьера он звучал как обратный отсчёт.

Пуля в Гамбурге содрала кожу и мясо. Теперь боль в боку из острой превратилась в тупую, ноющую. Постоянную. Каждый вдох — глухой укол. Напоминание, как легко они его просчитали.

Он скосил глаза на женщину рядом. Ева. Её профиль в тусклом свете салонной лампы был неподвижен, как на посмертной маске. Она спала или делала вид, что спит. Дыхание ровное, плечи расслаблены. Слишком спокойная. Хищник в состоянии покоя.

Что-то внутри, отточенное годами в самых грязных дырах мира, сжалось в тугой узел. Эта женщина была опаснее любого оперативника в камуфляже. Она была снайпером, который спас ему жизнь. Она была единственной, у кого был след. И он не доверял ей ни на секунду.

В Гамбурге, в сыром бетонном брюхе «Левиафана», её слова были спасательным кругом. «Ариф. Программист. Сбежал с частью кода. Он в Джакарте, в месте, которого нет на картах. Кампунг Апунг». Имя и место. Достаточно, чтобы он пошёл за ней, как бык на убой.

Он закрыл глаза, но темнота не приносила покоя. В ней всплывало лицо Люсии. Её смех. Последний разговор по видеосвязи, когда он, раздражённый, отмахнулся от её рассказов про Aethelred Consortium. «Хави, это серьёзно. Они делают что-то ужасное». Он не слушал. Хотел тишины.