Снег и лёд обрушились на плато как лавина. То, что секунду назад было каменистой площадкой, превратилось в скользкий каток. Видимость упала почти до нуля из-за вихрящихся снежных хлопьев.

— Прикрытие! — крикнул я, чувствуя, как ледяная корка начинает образовываться на моей одежде.

Алина отреагировала первой. Красные канарейки ринулись вперёд, создавая волны тепла, которые хоть немного, но сдерживали натиск холода. Вот только наших птичек было слишком мало против такой силы.

— Не вижу ничего! — кричала Ольга сквозь завывание ветра.

— Держитесь рядом! — отозвался я. — И следите за небом!

Ледяное дыхание прекратилось, но лучше от этого не стало. Теперь мы стояли на скользком льду, в облаке морозного тумана, который искажал звуки и делал невозможной нормальную координацию действий.

И где-то над нами кружил дракон, ждущий следующей возможности для атаки.

— Гарпии! — предупредил Алан. — Они используют туман!

Он был прав. Крики монстров раздавались со всех сторон, но в этой белёсой мгле невозможно было определить, откуда именно. Обычная тактика больше не работала — козлы не могли служить приманкой, если их не видно, канарейки теряли цели в тумане, а снежные барсы скользили на льду не элегантнее нас.

— План меняется, — сказал я, ощупывая дорогу ногой. — Нужно выбираться с этого плато. Здесь мы просто мишени.

Дракон снова подал голос — протяжный рёв, от которого во льду пошли трещины. А затем я услышал звук, который заставил меня сжать зубы.

Хлопанье крыльев. Много крыльев.

Гарпии собирались в стаи. И в этом тумане у них было огромное преимущество.

Следующие минуты превратились в безумный водоворот клинков, когтей и магии. Мы сражались вслепую, полагаясь больше на слух и инстинкты, чем на зрение. Канарейки Алины метались в тумане, их разноцветные вспышки создавали хаотичные блики во льду. Пуша рвала гарпий одну за другой, а снежные барсы Алана с рычанием бросались на каждый звук крыльев.

Но чем больше мы убивали, тем больше их становилось.

— Они собираются со всего очага! — крикнул Прохор, отбиваясь теневым клинком от атакующей гарпии. — Их всё больше!

Он был прав. Крики монстров раздавались отовсюду, и казалось, что каждая убитая гарпия призывает на помощь двух новых. Дракон парил прямо над нами, его силуэт время от времени проступал сквозь морозную дымку, но он не атаковал. Просто… наблюдал.

И тут я понял, в чём дело.

Древний хищник всё ещё помнил, как охотиться. Он не просто ждал, он загонял нас в западню.

Пока мы сражались с гарпиями, дракон методично создавал ледяные стены вокруг плато. Струи замораживающего дыхания одна за другой обрушивались на края площадки, возводя непреодолимые барьеры. То, что казалось случайными атаками, на самом деле было продуманной тактикой.

— Макс! — кричала Ольга, пытаясь управлять своими воскрешёнными гарпиями в этом хаосе. — Мы в ловушке!

И она была права. Убраться с этого плато теперь мог только я, потому что остальные недостаточно хорошо владели теневой телепортацией, чтобы переместиться по другую сторону от этих глыб льда.

Ситуация становилась критической.

И тут произошло то, чего я больше всего опасался.

Целая стая гарпий, не меньше двух десятков, ринулась на Алину. Моя ученица попыталась отбиться, её канарейки сомкнулись вокруг неё защитным кольцом, но монстров было слишком много.

— Алина! — заорал Алан, увидев, как когти гарпий цепляются за одежду девушки.

Пуша тут же прыгнула на помощь хозяйке, вцепившись когтями в пальто Алины как раз в тот момент, когда гарпии подняли её в воздух.

Маленькая химера яростно кусала и царапала нападавших, но против целой стаи была бессильна.

— Отпустите её! — Алан ринулся вперёд, не думая о собственной безопасности.

Это было самоубийство. Даже с теневыми клинками он не мог сражаться в воздухе против дюжины летающих монстров. Его разорвали бы на куски через секунды.

Прохор успел схватить его за плечо:

— Стой! Так ты только погибнешь!

— Пустите! — Алан пытался вырваться, его глаза горели отчаянием. — Они её убьют!

Ольга подбежала с другой стороны, помогая удержать обезумевшего от страха за Алину мужчину:

— Алан, послушай! Только вместе мы сможем её спасти! Одному тебе не справиться!

— Она права, — сказал я, наблюдая, как гарпии тащат Алину к одному из ущелий. — Пробиваемся все вместе. Это единственный шанс.

То, что началось потом, было похоже на войну, а не на обычную зачистку очага. Мы больше не держались в тылу, управляя химерами. Все трое моих учеников активировали теневые клинки и ринулись в ближний бой.