Арджун выпрямился:

— Новая информационная кампания?

— Более масштабная, чем предыдущая, — подтвердил я. — Людям нужно знать, с чем они имеют дело. И какой выбор перед ними стоит.

— Наглость! — рычал Гюнтер Штайгер, расхаживая по своему просторному кабинету. — Чистая, безрассудная наглость этого чёртова Рихтера!

Удар кулака о стол прозвучал настолько громко, что Дитер Штайгер невольно вздрогнул и едва не выронил планшет с отчётами. Один из доверенных помощников князя уже привык к вспышкам гнева своего господина, но всё равно каждый раз напрягался.

Грязно-рыжее волосы Великого Князя растрепались, а лицо приобрело тот знакомый свекольно-красный оттенок, который появлялся всякий раз, когда глава клана выходил из себя.

— Не только в Рихтерберге! — продолжал он кипятиться. — Теперь эта зараза распространяется по всему континенту! Люди приходят в наши сервисные центры и требуют — требуют! — переподключить их приборы на другие источники питания!

Дитер осторожно кашлянул, привлекая внимание:

— Господин Штайгер, по последним отчётам, количество таких обращений выросло на триста процентов за последнюю неделю. Но мы уже начали ответную кампанию и сделали заявление, что не будем принимать по гарантии модифицированную технику. Это противоречит нашей политике использования. Многие задумались и остудили свой пыл.

— Но не все! — перебил его Гюнтер, останавливаясь у окна. — Удивительно, как быстро Рихтеры промыли им мозги! «Крутые парни с чистой энергией». — процитировал он слова из ролика блогеров, — Тьфу! Неужели люди настолько тупы, что поверили этой дешёвой пропаганде?

Помощник поправил очки и осторожно продолжил:

— Проблема не только в вирусных роликах, сэр. Люди смотря их ради развлечения, но зато они верят заявлениям Вийонов. А те говорят о медицинских рисках использования «благодати». Когда лекари такого уровня единогласно заявляют об опасности…

Гюнтер развернулся от окна, его жёлто-карие глаза сверкали злостью:

— Вийоны! — фыркнул он. — Мы должны открыть всем на них глаза! После смерти Катарины они полностью потеряли свою независимость! Теперь скажут всё, что угодно, лишь бы угодить своему новому хозяину!

— Но люди им доверяют, — тихо возразил Дитер. — В вопросах медицины клан Вийон всегда считался непререкаемым авторитетом.

— Авторитетом! — Штайгер рассмеялся, но смех прозвучал зло и сардонически. — Какой там авторитет, если они теперь марионетки Рихтера? Он дёргает за ниточки, а они послушно танцуют! Немедленно запиши это. Мы начнём распространять эту мысль через свои ресурсы!

Гюнтер вернулся к столу и схватил со стола несколько папок с отчётами, швырнув их в сторону:

— Нам нужна контрпропаганда. Немедленно! Собери наших экспертов — пусть выступят в прессе, на телевидении, везде, где только можно. Мы представим Рихтеров как паникёров, которые преувеличивают опасность ради собственной выгоды.

Дитер нахмурился:

— Но сэр, а если люди начнут задавать неудобные вопросы? О мутациях среди «мусорщиков», о случаях передозировок…

— Что «если»? — огрызнулся Гюнтер. — Тогда объясним, что это издержки любого сложного производства! Это нормальные профессиональные риски!

Помощник неуверенно кивнул. В глубине души он понимал, что такая линия защиты не будет особенно убедительной, но спорить с разгневанным Штайгером было себе дороже.

Гюнтер снова принялся расхаживать по кабинету, его движения становились всё более резкими и нервными.

— Но знаешь что, Дитер? — внезапно остановился он, и в его голосе появились зловещие нотки. — К счастью, эта информационная война не продлится долго.

Дитер выпрямился, почувствовав, что разговор переходит в более серьёзное русло:

— Что вы имеете в виду, сэр?

— Сегодня утром мы получили первые устойчивые результаты. То, к чему наш клан шёл так долго. Проект «Глубинный щит» наконец-то дал плоды.

Глаза помощника расширились:

— Вы имеете в виду… систему защиты от скверны?

— Именно! — Гюнтер не мог скрыть гордости. — Маги внутри наших новых моделей големов теперь достаточно защищены, чтобы войти в очаг и пробыть там целых сорок девять часов без каких-либо последствий для организма.

Дитер присвистнул. Это было действительно впечатляющим достижением. Теперь возможность невозбранно гулять по очагам перестанет быть исключительной для некромантов. Штайгеры смогут воевать с ними на равных!

— А это значит, — продолжил Гюнтер с хищной улыбкой, — что мы скоро сможем нанести удар оттуда, откуда этот чёртов Макс его не ожидает.

Помощник нервно сглотнул:

— Вы планируете прямое нападение?

— Разумеется! — глаза Гюнтера сверкали фанатичным блеском. — Рихтер даже не рассматривает возможность нападения, кроме как со стороны Коста-Сирены или Турма. Но мы ударим через очаги! Прямиком в сердце его владений! Мы застанем его врасплох!

Гюнтер распалялся всё сильнее.