В машине сопровождения уцелели аж двое сидевших на заднем сидении, но никто из них не мог толком объяснить, что случилось, и уж тем более пояснить обстоятельства гибели двух сотрудников таможни.

Контора, как положено, завела дело и начала вынюхивать. Но кое-кто закончил заочное расследование в считанные минуты.

По тротуару еще катился отброшенный взрывом хромированный диск с колеса таможенного «Форда», а под рукой у Филиппа Тихоновича заверещал мобильник.

— Деньги готовы? А то мне скоро на связь с заказчиком выходить!

«Не знает еще», — подумал про себя генеральный директор, а вслух проговорил извиняющимся тоном:

— Слушай, так скоро не получается. Большая сумма наличкой. Сейчас вот собирают выручку. Пока конвертация, пока то, да се. Но, сам понимаешь, что столько валюты может физически не оказаться на месте…

— Так сколько собрано?

— Сейчас я располагаю семью сотнями. С хвостиком…

— Сколько будет с сегодняшней выручкой?

— Думаю, что еще плюс четыреста тысяч. Да и то только к утру.

— Маловато для такой солидной сети. Не согласны, Филипп Тихонович?

— Не согласен. Сеть у нас солидная, и многие платят по кредитным картам или оформляют кредиты. Так что четыреста — это для нас хороший расклад.

— Для вас это плохой расклад, потому что жизнь ваша стоит два миллиона, а у вас их нет.

— Слушай, давай обсудим эту тему. Поторгуемся в конце концов, рассрочку оформим, — Филипп Тихонович посмотрел на таймер и с азартом представил себе, как мчатся к месту нахождения абонента люди Чайкина. — Давай я завтра отсчитаю тебе полтора лимона, а остальное — чуть позже, и тогда же ты разъяснишь мне, кому я так помешал. Лады? У тебя будет гарантия, что я тебя не кину, а у меня немного времени, чтобы…

— У вас времени до завтра, — резко оборвал его звонивший. — Я позвоню часов в десять. Два миллиона. Или два миллиона наличными или… или мне проще будет выполнить заказ.

На этом связь прервалась. Определенно киллер пытался уложиться в строгие временные рамки. Любопытно было бы узнать, как он их рассчитывает. Тогда, поняв логику противника, можно сделать очень даже полезные выводы. Пока же все цепочки умозаключений строились большей частью на допущениях и предположениях:

«Если предположить, что звонивший — один из участников „Арботраста“, не согласный с решением о начале войны и решивший слинять, прихватив изрядное выходное пособие…»

«Если допустить, что звонивший и в самом деле имеет возможность ликвидировать генерального директора…»

«Если и впрямь существует некий информатор, координирующий действия противника…»

«Если только…»

Погрузившись в размышления, большой босс и не заметил, что прошло довольно много времени, почти шесть минут, пока перезвонил Чайкин.

— Я его видел, — сообщил майор первым делом.

— Видел?

— Так точно. Брать было проблемно, я решил не рисковать, чтобы не обнаружиться.

— Понятно. Что скажешь?

— Описание соответствует. Только плаща не было. Обычный костюм.

— Костюм? — Филипп Тихонович машинально посмотрел в окно, за которым перхотью осыпался первый снежок. Человек в костюме вряд ли надолго покинет теплое помещение. Или машину.

— Машина?

— Нет. Метро. Причем на входе он воспользовался проездным.

— Отменно! — директор откинулся на спинку кресла с явным облегчением. Это уже была конкретная информация. Более чем конкретная. Парень постоянно живет в Москве. Он не приезжал на вокзал на электричке, что само по себе сужает круг поиска. Но, что более важно, жадный наемник не узкий специалист. Человек без верхней одежды выходит на улицу позвонить по телефону, проезжает несколько станций на метро, чтобы замести следы…

— А где он был?

— Белорусская.

Белорусская. Этот парень базируется где-то в центральной части города. Где-то между Комсомольской и Белорусской. И он клерк. Он, без сомнения, клерк. Потому что человек, просто выскакивающий из дома позвонить, не станет рядиться в костюм. Да он и оденется нормально. А этот? Этот недоносок просто выскочил на минутку из своего офиса, чтобы набрать номер и вернуться назад, не подавая виду, что отходил. Хочет хапнуть два зеленых «лимона», но боится неприятностей по службе? Нет! Умная мысль осеняет неожиданно, как упавший с крыши кирпич, а гениальная — еще внезапней.

— У «Арботраста» есть офисы в этом районе?

Чайкин задумался, зашуршал страничками. Ему не надо было разжевывать, какой район имеется в виду. Возможно, он и сам дошел бы до той же идеи, но не стал осаживать шефа.

— Нет. Базовый московский офис у них в Коньково, а вообще — Южный порт. Ну, основное, конечно, в Питере. Возможно, есть какой-то канал связи. Интернет, например. Но вряд ли такие вещи по электронной почте решаются.

— Вряд ли. Но что-то должно быть, ты меня понимаешь? — от напряжения Филипп Тихонович даже скрипнул зубами и поспешно пихнул в рот сигару. — Смежники, адвокаты, бухи, проверяющие органы. Ты улавливаешь мою мысль?