Ладно, всё равно по дороге, можно попробовать заглянуть. Хотя что делать с диаболикой? Отнести домой — вышвырнет Юияль. Выкинуть по дороге или уничтожить — рука не поднимается, в конце концов, столько вложенных сил и денег одним махом не перечеркнуть. Так ничего и не придумав, купец решил, что разговору цветок не помешает, а там будет видно. Если уж беседа будет совсем не клеиться, он сделает вид, что просто пришёл подарить зонт взамен сломанного, чтобы не оставаться в долгу, а об остальном попросту умолчит.

Несмотря на то, что стены знакомого дома заметно обветшали, а дорожка, ведущая от калитки до крыльца густо поросла травой, владелец оказался на месте. Увы, как Бухтияр и опасался, утро для Айселя началось с глотка горячительного, а, может, уже и не одного.

При виде бывшего друга, он просиял, но почему-то назвал его Томом, и спросил, когда они отправятся к Сеймуру подписывать контракт. Лучезарно улыбаясь, словно и не было всех этих лет с момента, как пути друзей разошлись. Сапога с цветком хозяин дома словно бы не заметил, а на протянутый зонт ответил мечтательной полуулыбкой, неопределённо махнув рукой куда-то в сторону.

Видеть приятеля в таком состоянии невыносимо, а участвовать в беседе — тем более. Бухтияр неловко пристроил "подарок" в углу прихожей и, отделавшись общими фразами, позорно сбежал, плотно прикрыв за собой дверь, пока собеседник не опомнился.

Но у калитки внезапно столкнулся с тем, кого увидеть точно не ожидал.

Фелим! Собственной персоной! Что он тут забыл?!

Рыжеволосый кузен Юияль, притворив за собой створку калитки, повернулся и сделал шаг по дорожке, ведущей к дому. Сначала он было холодно кивнул идущему навстречу торговцу, собираясь пройти мимо. Но при виде белого бутона среди пёстрых листьев внезапно вскипел, потеряв самообладание:

— Когда же ты, мьярд грёкнутый, наконец, сдохнешь?! Я втрюхал рутрову кучу денег шердам Пустоши за это мьярдово растение, а ты всё никак не подыхаешь! Да ещё и браслет обратно раздобыл, все усилия насмарку!

Шердам?! Добытчикам редкостей из Запретной зоны? Так диаболика не просто редкое, но ещё и контрабандное растение? Мутировавший вид из Пустоши?! Именно об этом предупреждал Аруна, когда назвал её не изменчивой, а… как там… Ультима? Рутров кармоправ, почему бы ему не говорить такие вещи в открытую вместо туманных намёков? Или… он хочет, чтобы собеседники догадывались сами?

Бухтияр подумал о том, что за последнюю неделю он уже дважды открыто расхаживал по улицам Сантерры в обнимку с цветком, ввоз которого в королевство категорически запрещён, и его замутило. И почему Аруна об этом не предупредил, опять эти его штучки насчёт свободы выбора и действий? Да кому нужна эта свобода, если вопрос касается безопасности?

— Сам ты мьярд! Я знаю, что ты хотел провернуть с Юияль, я слышал запись твоего разговора с мерзавцем Марко! — торговец пошёл в ответное наступление, тесня собеседника к калитке. Но тот не собирался сдаваться:

— Грязный людин, втёршееся в доверие к Аршу Сеймуру! Если бы не ты, я бы уже стоял во главе семейства! А твоей драгоценной жёнушке ничего бы не грозило. Родила бы наследника и занималась какой-нибудь женской ерундой, не вмешиваясь в мужские дела. У вас, как я погляжу, ребёночка-то за все эти годы так и не появилось. Что, твоя недвижимость так и не встала, а, Бухти? Оставил бы это дело мне, раз сам не способен!

Купец, из-за разницы в росте смотрящий на Фелима снизу вверх, ощутил неодолимое желание вмазать мерзавцу так, чтобы тот заткнулся навсегда. Но одновременно с этим осознал, что скорее сам будет избит, чем нанесёт хоть какие-то значимые повреждения ненавистному "кузену". Да и с цветочком в руках особо не повоюешь. И всё же, всё же!

Но, не успел он ринуться в атаку, как дверь дома за его спиной распахнулась, и на шум выглянул Айсель и побежал навстречу новому гостю с радостным воплем:

— Принёс, наконец!?

Да что, Рутра побери, тут происходит?! Какие дела могут быть у бывшего компаньона с этим негодяем? И что он должен был принести?

Ловко обогнув Бухтияра, Айсель схватил опешившего от такого напора гостя за руки, и не обнаружив в них ничего, кинулся его бесцеремонно ощупывать. Поведение, которое не укладывалось ни в какие рамки приличия, окончилось тем, что из правого кармана кафтана выпала плоская жестяная коробочка.

Опомнившийся при виде коробочки Фелим окончательно озверел, грубо оттолкнул Айселя в сторону, и кинулся поднимать пропажу. Но не успел. Бухтияр, несмотря на свою комплекцию, шустрым колобком метнулся вперёд, подставил сопернику подножку и первым перехватил коробочку, чуть приоткрывшуюся при падении.

Внутри по бумажной подложке перекатывались овальные пилюли лавандового цвета, пахнущие сиренью и жжёным сахаром. Какой знакомый запах! Точно такие же таблетки были у родителей Юияль. Насколько помнилось, принимали их постоянно, ни одна трапеза не обходилась без "средства для улучшения пищеварения". Мерзавец Фелим! В сознании Бухтияра мгновенно сложился ещё один кусочек единой картины: поведение приятеля, утратившего ясность рассудка, как две капли воды повторяло внезапный старческий маразм старших Сеймуров. Так, получается, это всё неспроста?! Эта тварь сознательно подкармливала отравой собственных родных, надеясь прибрать к рукам состояние Сеймуров?! Конечно, надо ещё обратиться к целителям с образцом, пусть тщательно всё проверят, но чутьё подсказывало торговцу, что он не ошибся.