— Ха! — выдохнул в ответ Аруна, — Ну и как там поживает этот хитроумный лис? Впрочем, я и так вижу. В делах по самую императорскую макушку. Вместо того, чтобы обзавестись наследником, решил скинуть ответственность на плечи другого Столпа. Прекрасный ход, просто прекрасный. Надёжный, как мои часы.

И он постучал кончиком указательного пальца по часикам очелья, застывших на отметке полуночи.

Во взглядах кестреля и госпожи Лянь читался одинаковый ужас вперемешку с восхищением. Примерно так смотрят на безумца, отважившегося во время грозы обматерить воинственного бога Орноя, стоя нагишом перед его храмовым алтарём.

Первой пришла в себя госпожа Лянь, у которой уже был опыт общения с эксцентричным аристократом:

— Господин Шуань, прошу вас, не обращайте внимания на святотатственные слова господина Аруны. Я расскажу вам всё. И покажу тоже.

Она поднялась со скамьи и подошла к одной из ячеек. Приложив к ней ладонь, дождалась пока крышка откроется. Достав ящичек с погребальной маской, протянула её дознавателю, пряча дрожь в пальцах.

— Вот. Это Райна, которая спасла мне жизнь. И пятнадцать лет надёжно скрывала за собой маску белого Феникса. О, если бы я только бездумно не отправилась проверять, цела ли она, не подумав, что за мною могут следить!

— Так полагаю, это произошло сразу после кражи монет, — ровным тоном уточнил кестрель, тщательно ощупывая маску. Слой ритуальной белой глины был тоньше, чем обычно, и с обратной стороны маски виднелись обломанные крепления. Да, заметить, что за обычной посмертной маской скрывалась вторая, было непросто: тайник был сделан весьма искусно.

— Вы уже знаете о краже? Иного от имперского кестреля я не ожидала, — вздохнула госпожа Лянь.

— Знаю, — ответил Кэйто, — а теперь мне стало ясно, с чьей именно помощью вы перешли границу, минуя все три моста: Унар, Дуар и Трисс. Воспользоваться моим способом перемещения вы не могли, у вас просто нет и не может быть доступа. Значит, не обошлось без кочевников песков времени. Только они ведают секрет безопасных переходов через русло реки Ора. У той, по лику которой изготовлена маска, черты лица женщины из народа гитанаш.

Госпожа Лянь отшатнулась, как от удара, и побледнела.

— Некоторые вероятности ещё не готовы раскрыться, господин Шуань, — неторопливо вмешался Аруна, который успел растянуться на скамье во весь рост. Лёжа на спине и подложив для удобства сплетённые в замок руки под голову, он задумчиво глядел в потолок, расписанный золотыми завитками благословения Индры, — В данный момент способы перехода границы реки времени находятся вне пределов вашего уровня допуска. И с вероятностью три к одному в ближайшие три года эта ситуация не изменится.

Кестрелюхватило этого намёка, чтобы оставить расспросы о Райне. Что касается происшествия в санктуарии он, безусловно, уже всё разузнал в деталях от жрецов, включая невозможность установить личность святотатца. А теперь увидел своими глазами, где и как именно хранилась пропавшая маска. Оставалось ещё одно.

Кэйто протянул маску Райны обратно женщине и предложил:

— Позвольте мне осмотреть место кражи монет и поговорить со свидетелями.

По тону имперского кестреля было ясно, что он не спрашивал разрешения, а, скорее, уведомлял о своём намерении.

Госпожа Лянь бережно приняла маску и вопросительно оглянулась в сторону скамьи, но Аруна прикрыл глаза, не отвечая, и то ли спал, то ли делал вид, что спит.

— Господину Хранителю не подобает вмешиваться в ход событий напрямую, — настаивал дознаватель, — Но у меня подобного ограничения нет. Будет ли вы так любезны принять меня в самое ближайшее время и поведать обо всём, что связано с монетами?

От входа в санктуарий послышался голос храмового служки:

— Господин, кабус прибыл! Как чувствует себя дама?

Он спустился на пару шагов ниже, чтобы своими глазами убедиться, что всё в порядке. И возмущённо ахнул:

— Госпожа, верните, пожалуйста, маску на место. Я понимаю, это ваша ячейка, и вы имеете полное право распоряжаться её содержимым, но проявите, пожалуйста, уважение к покойным.

Он убедился в том, что женщина положит маску в ящик и вернёт обратно на место, и вернулся сообщить водителю кабуса, что господа скоро прибудут.

Аруна, оставшийся незамеченным служкой, тут же открыл глаза, вскочил на ноги и хлопнул себя по лбу:

— Чуть не забыл! Госпожа Лянь, я вынужден попросить вернуть мне одолженный золотой. И прямо сейчас, пока мы не отправились проведать клетку ночных пташек. Иначе опоздаем к выходу на следующую благоприятную развилку вероятностей.

Женщина послушно вытащила висящий на шее мешочек, достала монету и протянула Аруне. Тот взял её и присел на корточки.

— Кис-кис-кис!

Из теней в дальнем углу санктуария, потягиваясь, вышел серый полосатый уличный кот. Он осторожно ухватил зубами протянутую ему монету, полностью спрятав в своей пасти. Госпоже Лянь показалось, что или монета уменьшилась, или сам кот на секунду стал больше размером, мелькнув разводами тёмных пятен по рыжей шерсти. Зверёк длинными прыжками метнулся в сторону выхода, мгновенно пропав из вида.