К нам присоединяется Андрас, чтобы поджарить и намазать маслом хлеб, а сестра передаёт пульт Кейну, чтобы приготовить салат из свежих фруктов. Даже Легион вносит свой вклад, хватая посуду и столовое серебро, чтобы накрыть на стол. Это память о Джинне. Это наследие, которое он оставил после себя. Любовь, тепло и единство, даже когда это причиняет боль. Даже когда мир разваливается на части, он всегда заботился о том, чтобы наши желудки были полны и удовлетворены.

— Прежде чем мы начнём есть, — начинает Легион после того, как мы усаживаемся за стол, уставленный тарелками с дымящейся едой. — Я просто хочу сказать, как много для меня значит то, что мы все сейчас здесь, чтим память Джинна. И где бы он ни был, в какой бы загробной жизни ни обитал, я молюсь, чтобы наш брат обрёл вечный покой.

Я смотрю на Феникса, который мягко улыбается, уставившись в свою пустую тарелку.

— И сотрёт Бог все слёзы с очей их; и не будет уже смерти, ни скорби, ни криков, и не будет боли, ибо прежнее прошло.

— Аминь, — соглашается Легион.

— Аминь, — отвечают остальные за столом.

Мы набрасываемся на еду, и вскоре торжественное настроение за столом рассеивается и сменяется звуками скрежета вилок о тарелки и беззаботным подшучиванием. Как обычно, Лилит и Андрас препираются, как близкие брат и сестра, в то время как Тойол и Кейн обсуждают спорт и машины, хотя Кейн каждые несколько секунд поглядывает на сестру, чтобы включить её в разговор.

Между Фениксом и Легионом всё было не так просто, но я надеюсь, что со временем они вернутся к нормальной жизни. Я не рассказала остальным о визите Феникса в тот день перед отъездом в Новый Орлеан, и унесу этот секрет с собой в могилу. Сейчас он нуждается в поддержке своей семьи больше, чем когда-либо, и я бы не стала рисковать, чтобы они сочли его предателем.

— Ну, извините, что я поел и убежал, — говорит Тойол, поднимаясь из-за стола с пустой тарелкой. — Но у меня есть планы.

— Встречаешься с Крисизом? — спрашивает Легион.

— Не-а. Он собирается к Айрин, чтобы повидаться с Саскией, — выпаливает Кейн, прежде чем Тойол успевает придумать историю. Я поджимаю губы, чтобы удержаться от смеха.

Тойол бросает на Кейна зловещий взгляд, затем объясняет:

— Я просто хочу убедиться, что у неё всё хорошо. Она боится себя и того, что может натворить на публике, и я помогаю ей контролировать способности.

— Конечно, конечно. Именно поэтому, — насмехается Кейн, за что сестра даёт ему щелчок

Теперь мне действительно приходится сдерживать смех. Клянусь, иногда они ведут себя как подростки, пытающиеся скрыть от папы запасы травки. И хотя Легион — прирождённый лидер, я даже представить не могу, что они относятся ко мне как к матриарху семьи.

— Ну, будь осторожен. И передай Айрин привет от меня, — отвечает Легион, сильнее укрепляя ощущение того, что он отец. Он поворачивается и хмурится, пока я изо всех сил пытаюсь не подавиться апельсиновым соком.

— Что?

— Ничего. Просто хотела узнать, дашь ему деньги на обед.

Он с любопытством выгибает бровь.

— Что?

— Неважно. Ты закончил? Я хочу пройтись по магазинам, пока не стало слишком людно.

Легион доедает последнюю полоску бекона и кивает.

— Для тебя всё, что угодно.

— Куда вы собираетесь? — спрашивает сестра, накладывая ещё блинчиков на тарелку Кейна. Она ещё в восторге от того, сколько демоны могут съесть.

— В свадебные салоны, — отвечаю я.

— О-о-о-о, весело. Дай знать, если найдёшь что-нибудь стоящее. И если случайно будете проходить мимо цветочного магазина, возьмите, пожалуйста, что-нибудь. Я понимаю, что я здесь единственный человек, но, чёрт возьми! Могу ли привнести в этот дом что-нибудь живое?

Я заканчиваю расставлять посуду на кухне, затем подхожу, чтобы поцеловать её в лоб. Её лицо хорошо зажило, но нужно немного подлечить некоторые части тела. Кейн невероятен. Я должна признать, что он — благословение. Для неё и для меня. Хотя прошло всего несколько месяцев с тех пор, как Чикаго был разорен демонами, вы никогда не узнаете наверняка, судя по жизни, которая кипит в городе.

Мы с Легионом отправляемся на Великолепную милю, что кажется самым разумным выбором, учитывая, что я понятия не имею, что ищу. Свадьбы никогда по-настоящему не были моим хобби. И поскольку у меня не было возможности присутствовать хотя бы на одной, не говоря уже о том, чтобы в такой роли, я позволяю Легиону вести.

— Так чего же мне ожидать? — спрашиваю я его, когда мы рука об руку заходим в «Нейман Маркус». Всего в прошлом году я едва могла позволить себе аренду. Сейчас я покупаю дизайнерские товары в роскошных универмагах. Сумасшествие.

Я стараюсь не придираться к ценам, тем более что Легион ясно дал понять, что деньги не имеют значения. Я всё ещё привыкаю к этому, хотя определённо не собираюсь к этому привыкать. Как бы сильно я его ни любила, отказываюсь полностью полагаться на него или на кого-либо ещё.

— Ну, думаю, цветы, белое платье, какие-нибудь клятвы, может быть, группа, — лепечет Легион.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — говорю я, закатывая глаза. — Это не просто королевская свадьба. Действуют ли те же правила? Какой подарок покупать принцу-колдуну и его недавно восставшей из мёртвых жене-человеку? Глиняный горшок?