Он продолжал массировать её ногу. Это невольно расслабляло её. Мира откинулась назад, опираясь на вытянутые руки. Свет подсвечивал своего рода «корону» из его тёмных волос на макушке. Мира и раньше замечала, как хорошо подстрижены его волосы, как причёска идеально подходит к его волевому лицу.

Внезапно её осенило, и она спросила:

— Ты тщеславен в отношении своих волос?

— Да, — признался Кир. В ответ на её улыбку он приподнял бровь. — Это тебя забавляет?

— И доставляет мне удовольствие. В чём ещё ты тщеславен?

Он поднёс её ступню ко рту и слегка прикусил большой палец, отчего она пискнула и дёрнулась. Он продолжал держать её за ступню, посмеиваясь.

— Ты ждёшь, что я выдам все свои секреты?

Вопрос был шутливым, но он заставил Миру кое-что понять: Кир почти ничего не рассказал ей о себе.

— А в чем тщеславна ты? — спросил он.

— Неужели ты не можешь догадаться?

— В своей одежде. У тебя безупречный вкус, — он поцеловал чувствительный изгиб её ступни. Взвизгнув, она рефлекторно выдернула ногу из его хватки.

— Ты очень боишься щекотки, — заметил он с явным — и порочным — удовольствием.

Не желая, чтобы Кир заострял на этом внимание, что, несомненно, было правдой, Мира уточнила:

— Безупречный вкус?

— В том числе и в нижнем белье.

— Тебе понравилось, да?

— Угу, — он снова потянулся к её ноге, но она отодвинула её. — Я не собирался тебя щекотать.

— Не собирался?

— О нет, чёрт возьми. Ты этого ожидаешь. Я застану тебя врасплох попозже.

Она рассмеялась. Даже без света, падавшего прямо на его лицо, она могла разглядеть намёк на улыбку.

— Да, — импульсивно ответила она.

— Что да?

— Я хочу…

Хотя она и не могла выговорить ни слова, Кир явно понял её. Язык его тела стал более решительным, он придвинулся ближе, просунув свои ноги под её. Мира почувствовала лёгкое щекотание его волосков.

— Иди сюда, — его голос был низким и грубым.

Мира придвинулась к нему, и её взгляд сам по себе опустился ниже. Он был твёрдым. От вида его возбуждения у неё потекли слюнки, а её лоно затрепетало. Её десны покалывало от удлинившихся клыков. Кир позволял ей немного прикасаться к нему, но она хотела по-настоящему изучить его, каждый дюйм этой самой интимной части его тела. От этой мысли ей стало больно.

Кир усадил её на свои бёдра, притягивая к себе. Его напряжённый член оказался зажат между ними, её клитор восхитительно прижимался к нижней части. Мира обхватила его ногами за спину, прильнув к нему всем телом. Кир держал одну руку на её заднице, а другой поддерживал её спину. Его дыхание было прерывистым.

— Пообещай мне кое-что, — сказала она, задыхаясь, едва в состоянии сосредоточиться на этом важном моменте.

— Что?

— Ты остановишь меня. Пока не стало слишком поздно.

Его нерешительность подсказала ей, что ему это не понравилось, но он сказал:

— Я обещаю, Мира.

Облегчение прогнало её напряжение.

Кир слегка наклонил голову вбок, обнажая пульсирующую вену. Мира медленно наклонилась, но в последний момент её снова охватили сомнения и страх.

— Всё в порядке, — пробормотал он. — Не торопись. Просто лизни меня, если хочешь. Или понюхай. Всё, что тебе нравится.

Его слова успокоили её. Всё происходило в её темпе, на её условиях.

Обвив Кира руками, Мира уткнулась лицом ему в шею. Она вдохнула его тёмный, насыщенный аромат. Его кожа была тёплой, более нежной вдоль яремной вены. Когда она прижалась кончиком языка к его горлу, он втянул воздух, и его член дёрнулся под ней.

Тот факт, что он хотел этого, делал всё намного проще. Это было подобно… разрешению наслаждаться этим. Мира уткнулась носом ему в подбородок. Она чувствовала, как его грудь прижимается к её груди. Его пульс участился.

Соблазнённая ощущением его тела, его твёрдого члена, его пульсирующей вены, она вонзила клыки в его шею. Она застонала, почувствовав, как густая кровь хлынула ей в рот.

Почему он такой приятный на вкус?

Она прижималась к нему, жадно питаясь, доставляя себе удовольствие нижней частью его эрекции, наслаждаясь тем, как он вздрагивал под ней.

Он был таким приятным на ощупь и на вкус, что ей не хотелось останавливаться, но она прекрасно чувствовала его состояние. Он ещё не дал ей понять, что ей следует остановиться, но она не забыла о его ране и не потеряла контроль над собой.

Это удивило её.

Каким-то образом это придало ей сил.

Она убрала клыки и лизнула рану, чтобы закрыть её, затем отстранилась, чтобы посмотреть на него. Глаза Кира потемнели от возбуждения, а из-под чувственной нижней губы показались клыки. Мира почувствовала, что улыбается. При виде него. От чувства выполненного долга.