– Ну, конечно, – поддразнила она. – Ты у нас прямо доктор Хаус, только без хромоты и сарказма.

– Сарказма у меня хватает, – парировал, но в голове снова всплыла Надежда.

Ее глаза, волосы, ее… дьявол, да что со мной не так? Я врач, я не должен думать о пациентках в таком ключе. Это непрофессионально. Это недопустимо. Это… черт возьми, почему я вообще об этом думаю?

Мы подъехали к дому Вероники. Она посмотрела на меня, чуть дольше, чем нужно, и сказала:

– Зайдешь на кофе? У меня есть новый кофейный аппарат, хвалят.

Я знал, что это не просто про кофе. Вероника была не из тех, кто разбрасывается намеками ради спортивного интереса. И, если честно, в любой другой день я бы, наверное, согласился.

Она мне нравилась – умная, красивая, с чувством юмора, которое могло пробить любую защиту. Но сегодня… Сегодня я не хотел.

Не потому, что она мне разонравилась. А потому, что в моей голове сидела совсем другая девушка с ее медовыми глазами и этим запахом, который я до сих пор не мог выкинуть из памяти.

– Спасибо, Вероник, но я вымотался, – стараясь, чтобы это звучало естественно. – Может, в другой раз?

Она посмотрела на меня с легким удивлением, но кивнула.

– Как знаешь, доктор Хаус, – улыбнувшись, и вышла из машины. Я смотрел, как она идет к подъезду, как ее рыжие кудри подпрыгивают в такт шагам, и подумал: «Роман, ты идиот. Полный идиот».

Когда дверь подъезда за ней закрылась, я выругался вслух и ударил по рулю. Не сильно, но достаточно, чтобы почувствовать себя еще большим идиотом.

Что со мной не так? Почему я думаю о какой-то пациентке, которую видел первый раз в жизни?

Включил музыку погромче, чтобы заглушить мысли, поехал домой. Но даже под тяжелые басы я все равно видел перед глазами ее лицо. Надежда. Кто ты такая, черт возьми, и почему я не могу тебя забыть?

Дома бросил ключи на стол, снял рубашку и рухнул на диван. В голове крутился один и тот же вопрос: откуда взялась эта симпатия?

Это было ненормально. Я не из тех, кто теряет голову из-за красивых глаз. Я профессионал. Но что-то в ней было… неуловимое. Как будто она знала что-то, чего не знал я.

Или как будто я должен был что-то знать.

Может, она просто похожа на кого-то? На какую-нибудь актрису из сериала? Или на бывшую одноклассницу?

Но нет, я бы запомнил. Я всегда все помню. Или не всегда?

Встал, налил себе воды и уставился в окно. Город горел огнями, но я видел только ее. Ее волосы, ее глаза, и все еще чувствовал запах.

Так, Роман, тебе нужно принять душ, выспаться и забыть об этом. Завтра новый день, новые пациентки, и все будет как обычно.

Но в глубине души я знал, что это не будет как обычно. Что-то изменилось. И я понятия не имел, что именно.

Глава 3

Улица после посещения доктора вновь встретила меня раскаленным асфальтом и запахом пыли. Я шла, сжимая в руке листок с рекомендациями врача, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

Ткань сарафана липла к телу, волосы к шее, а я кусала губы, пытаясь удержать внутреннюю боль, которая разрывала меня на части.

Доктор. Его синие глаза, проклятый рубашка под этим накрахмаленным халатом. Он смотрел на меня, как на незнакомку, как на пустое место.

Сейчас была на грани того, чтобы разрыдаться прямо посреди улицы.

Ну, Наденька, ты хотела новой жизни? Вот тебе и новая жизнь. С сюрпризами.

Свернула в парк, где тень от старых лип давала хоть какую-то передышку от жары. Ноги сами привели меня к скамейке, рухнула на нее, как будто пробежала марафон. Малыш в животе толкнулся, и я автоматически положила руку на живот, поглаживая его.

– Тише, маленький. Маме сейчас немного не до тебя.

Но он, конечно, не слушал, пихался еще сильнее, как будто напоминая, что мы с ним команда. Закрыла глаза, пытаясь вдохнуть поглубже, но вместо воздуха в груди оседали воспоминания.

Лицо. Взгляд. Ничего. Пустота. Как он мог меня не узнать? Я кусала губы до боли, чувствуя, что слезы подступают.

Достала телефон и набрала Альбину. Она всегда была способна вытащить меня из любой хандры. Но вместо ее бодрого «Надюшка, что стряслось?» я услышала только длинные гудки.

Один, два, три. Никто не ответил.

Стиснула телефон, чувствуя, как раздражение смешивается с отчаянием. Ну конечно, Альбина, именно сейчас ты решила не брать трубку.

Быстро набрала сообщение: «Позвони мне срочно!» – спрятала телефон обратно в сумку. Подняться со скамейки не хотелось, но сидеть тут вечно я тоже не могла. Заставила себя встать и поплелась домой, все еще кусая губы и прокручивая в голове тот момент, когда мужчина поднял на меня глаза.