Также необходимо поговорить с той девочкой из Вознесенского, Олесей. Не отмахиваться от её видений, верю я в них или нет. Ребёнок может подсказать нечто неочевидное.

И мне лучше отправиться в мир джиннов как можно скорее. Мухариб тоже знает больше, чем говорит. В конце концов, я возродил его оазис, если не всю пустыню. Можно и поделиться знаниями.

Но сначала удостоверюсь, что в академии всё в порядке. Завтра ведь первый учебный день…

От мыслей о великом и вечном меня окончательно отвлёк взволнованный голос старейшины.

— Повелитель, повелитель!

Мужчина бежал, продираясь сквозь кустарник, прикрывающий меня от основной части острова.

— Там… — он остановился передо мной и слегка согнулся, уперев руки в бёдра и пытаясь отдышаться. — Делегация какая-то, в общем. Настроены очень серьёзно и требуют хозяина земель.

В голове загудело, и джинн ласково предложил:

— Воспламенить могу я их и в прах обратить, что ляжет к ногам вашим.

Почувствовал, видимо, моё настроение. Поддержка приятная, но воспламенить всегда успеется. Секундное дело. А вдруг кто важный.

— Благодарю, я разберусь, — сказал я сразу и элементалю и Вуанту.

Пока я шёл к воротам, ко мне присоединился Гар. Старший охотник молчаливо поздоровался со мной поклоном и насупился, приняв устрашающий вид. Выглядел он и правда пугающе. Новым луком не обзавёлся, но зато в руке держал топор. Царь-топор. Огромное лезвие сверкало на солнце и могло, пожалуй, за один взмах сразу несколько голов срубить.

Я оценивающе осмотрел подданного и не стал его прогонять. Я буду вежлив, как всегда, зато Гар вполне себе может добавить некоторой убедительности моим словам.

— Не понимаю я в городских пока, но по-моему там вояки, — объяснял старейшина.

Надо бы им табель о рангах принести. В картинках… Всё-таки общаться с жителями столицы беспутцам придётся. Иной народ или нет, а нахамить какому-нибудь высокоблагородию сумеют.

У моста столпились люди. Территорию перед забором ещё не расчистили, так что места было совсем немного, и визитёрам пришлось тесниться, стараясь не попасть в плен колючек и крапивы.

— Господа… — начал я и широко улыбнулся: — Лаврентий Павлович.

— Александр Лукич? — вскинул брови пристав Заужский и как-то обречённо вздохнул. — Ну вот почему я не удивлён.

— Ваше сиятельство! — из-за его спины раздался радостный голос.

Брянцевы! Видимо, гвардейцев наказали за очередной кутёж, раз уж они несут самую обычную патрульную службу. Впрочем, их явно это ничуть не смущало, а наоборот забавляло.

Вот вроде огромный город, но до чего же тесный.

— Какая встреча! Нам следует это…

— Отставить, — поморщился пристав и потряс головой. — Так, господа, в усилении нет нужды, я ручаюсь за графа Вознесенского.

— Граф Вознесенский? — последовал новый виток изумления, и вперёд выступил очень странный человек.

С виду ничем не примечательная внешность. Средний рост, среднее телосложение, волосы не тёмные и не светлые… Если бы не кричаще-дорогой костюм и сверкающие изумрудные запонки, не привлёк бы внимания. Но вот глаза его были настолько колючими и цепкими, что не по себе становилось. К тому же интуиция вдруг завопила об опасности. Что-то при нём было весьма смертельное.

Я кивнул, чуть склонил голову, выжидающе промолчав. Представляться в этом случае следовало ему, прежде чем переходить к сути.

— Князь Дмитрий Александрович Мейснер, — прохладно назвался он, вероятно задетый тем, что я не узнал его.

Ну или он подумал, что специально вынудил называться.

Возможно, всё же стоило изучить и запомнить всех князей, хотя бы столичных. Не так и много их должно быть. Надеюсь, это необязательное условие получение такого титула — обижаться, когда тебя не узнают.

Внутренне вздохнув и успокоив джинна, вновь решившего вмешаться и спалить всех, я вежливо поклонился:

— Ваша светлость, рад знакомству. Чем обязан вашему визиту?

— Вы владелец этого места? — опять удивился тот.

— Законный, — заверил его я, хотя понятия не имел, так ли это.

Баталов мне сказал, что остров мой, а я и поверил… Нда, документы надо какие-нибудь получить. Но благо в слове дворянина никто не подумал сомневаться.

Князь о чём-то усиленно размышлял, хмурясь. Поглядывал за мою спину, где высился Гар с топором. Обернулся на пристава с гвардейцами. Цокнул и кривовато улыбнулся:

— Что же, тогда это всё объясняет. Граф, я прошу вас соблюдать закон о тишине и впредь не причинять неудобства соседям постоянным шумом.