– Мы теперь сами поинтересуемся, – улыбчиво ответил Турецкий. – Идемте ужинать. Как бы они и впрямь вино не вылакали. Чудесное вино у Маркуши! И большое спасибо вам, Алексей Иванович. Мне стало легче.

– Не думайте, Александр Борисович, что все продались. Люди у нас неплохие. Располагайте мной. Может, пригожусь.

– Обязательно. Оперсостава со мной понаехало много, но они здесь чужаки. Наломать таких дров могут, не соберешь. Без опоры на местных работников не обойтись.

– Располагайте, – повторил Богданов, пряча автомат.

– Хорошо бы оставить здесь, – кивнув на оружие, Турецкий посмотрел на майора и улыбнулся. – А еще лучше, если переночуете у меня. Хата большая, хозяин добрый!

– Подумаем, – ответил Богданов, приглядываясь к третьей фотографии. – Этого не знаю. Вроде видел где-то, но вспомнить не могу.

– Я так и понял.

После ужина майор Богданов расслабился и согласился переночевать в гостинице.

Уснули хозяин и гость далеко за полночь. Много полезного услышал Турецкий о руководящем составе управления, больших и малых начальниках, о частностях, касающихся убийств, каких он никогда ни от кого бы не узнал, вообще о рядовых работниках краевой милиции. Турецкий был благодарен судьбе за то, что свела она его с таким человеком, как майор Богданов.

Не спали этой ночью и в другом месте, в особняке генерального директора КАКТа Михаила Юсина. Возле камина в кожаных креслах расположились трое: начальник УВД Маркуша Роман Валентинович, советник Креста Георгий Гагаринский и сам хозяин.

– Начните вы, Роман Валентинович, – обратился к Маркуше Гагаринский, или, как его называл Крест, Гоша Доктор.

– Начать со встречи у Колесниченко?

– Я беседовал с губернатором. Он допустил оплошность.

– Про мельницу и красный ковер? – догадался Маркуша. – Так об этом на всех углах болтают!

– Не имеет значения. Пусть болтают. Собака лает, ветер носит! Губернатор, по-моему, по углам не шатается. Значит, ничего не знает, ничего не слышит. Меня, Роман Валентинович, интересуют ваши мыслишки по поводу Супруна и действия, которые вы готовы предпринять, – сказал Доктор.

– Давайте поразмышляем, что имеет, как говорят, за пазухой Турецкий, – закуривая, начал Маркуша. – С Супруном, надо полагать, они поработали фундаментально. Думаю, что у всех прибывших, а также прибывающих завтра поездом есть фотороботы охранников Коршуна, Сидорчука и Саврасова. Не знаю, хорошо ли запомнил Супрун женщину, думаю, тогда ему было не до этого, но иметь в виду это надо. Это первое. Второе. У Турецкого имеется важное вещественное доказательство – отобранный у охранника автомат. Думаю, с него он и начнет раскрутку. Оружие из моего ведомства. Правда, мы приняли меры… – Маркуша вдруг умолк, припомнив, что в суете и спешке он не спросил своего зама, где в настоящее время автомат, но тут же успокоился, подумав, что, если бы оружие не лежало в надежном месте, заместитель бы уже доложил. – Меры приняли, – повторил он. – Турецкий быстро выйдет на Коршуна и потребует если не ареста, то задержания. И будет вынужден его отпустить. Оружие сдано, как и положено по документу. Где оно теперь? А кто его знает? Возможностей достаточно, и вполне официальных.

– Например? – поинтересовался Доктор.

– Скажем, у контрактника в Чечне! За эти дни люди отправлялись в Чечню.

– Отличное решение, – похвалил Доктор и даже похлопал в ладоши.

– Третье, – воодушевленный похвалой, продолжал Маркуша. – Супрун далек от обоих управлений – и УВД, и ФСБ, однако мы все отлично его знаем, он тоже имеет о нас свое мнение. В его положении он наверняка припомнил что-нибудь такое, о чем в другое время и умолчал бы. И конечно, поделился своими мыслями с Турецким. Мелочь, но в нашей работе на мелочах-то и попадаются.

– Это действительно мелочь, – проговорил Доктор. – Если вы говорили нечто скабрезное о бабах… Пустяки. Переходите к четвертому.

– Супрун не раз бывал на вилле губернатора, куда его привезли. Более того…

– Вот где ошибка! – прервал Маркушу Доктор. – Какому идиоту пришло такое в голову?

– Губернатору, – подал голос Миша Юсин.

– И губернаторы ошибаются, – бесстрастно заметил Доктор.

– Мысль-то ведь какая была? – оживился Миша. – Не должен был убежать оттуда Супрун!

– Вы не договорили, Роман Валентинович, – обернулся Доктор к Маркуше.

– Я хотел сказать, что у Турецкого есть повод пригласить на красный ковер господина губернатора.

– Никакого повода нет. И если господин Турецкий пригласит господина губернатора на этот самый ковер, то он имеет полное право послать следователя по особо важным делам куда подальше! – резко сказал Доктор. – Или у вас имеются сведения о каких-то отношениях губернатора с похитителями?

– Я таких сведений не имею, – с улыбкой ответил Маркуша.

– Что поделаешь, бандиты. Они могли завезти Супруна и на вашу виллу или в этот особняк. Хочу вам сказать, господа, что положение не из легких. Турецкий, вы знаете, на полпути не остановится. Но и небезвыходное. А при благоприятных обстоятельствах, а они непременно будут, особенно в дни съезда, когда приедут весьма солидные и ответственные люди, все обойдется как нельзя лучше. У вас все, Роман Валентинович?

– Могу перейти к соображениям по предупреждению действий Турецкого.

– Пожалуйста.