— Говорит, Херардо должен ему денег. За какую-то работу.

— Ничему его жизнь не учит. Он сказал, что за работа?

— Нет, но думаю, все как обычно.

— Кто такой этот Дуби? — спросила Рейес.

— Малявщик. Подделывает документы как бог. Я сам не отличу паспорт его работы от настоящего. Трижды сидел, но дело свое не бросил, а ему почти восемьдесят. А зачем, спрашивается, Херардо понадобился паспорт? Или он уехал из страны?

— Это ты у Дуби спроси. Я рассказала все, что знаю: он зашел ко мне, интересовался, что слышно от Херардо. Я раньше работала около салона Бирама, наверное, Дуби видел нас вместе. Мне Херардо нравился: как-то раз уговорил африканцев сделать мне скидку. Но старик хорош! Работать продолжает в таком возрасте, еще и замечает, что где происходит.

В машине Фабиан объяснил Рейес, что будет дальше. Они поедут в переплетную мастерскую, которую держит угрюмая женщина лет пятидесяти. Она скажет, что понятия не имеет, где Дуби, а потом они заглянут в подсобку и увидят его в уголке, работающим при свете настольной лампы. Вопрос лишь в том, сколько будет стоить откупиться от хозяйки, чтобы не путалась под ногами. По прикидкам Фабиана, двадцать евро. Они припарковались на проспекте и за минуту дошли до переулка, где находилась мастерская. Прогнозы Фабиана были точны, как швейцарские часы. Женщина попыталась преградить им путь, но смягчилась, стоило Фабиану протянуть ей двадцатку. Они прошли в подсобку, крошечную неопрятную комнату, где скрючился над паспортом старик Дуби.

— Не вставай, Дуби, продолжай работу.

— Все твои напарницы просто красотки, Фабиан. Держи ухо востро, а то она тебе и второе откусит.

— Ну ты шутник. Поедем в участок или здесь расскажешь, что случилось с Херардо?

— Я и сам хотел бы знать.

— Колись, Дуби, я не могу тут целый день торчать.

Старик вздохнул, поднялся, достал со стеллажа коробку из-под печенья, вытащил оттуда паспорт и протянул Фабиану. Паспорт был на имя Серены Гарай Лискано.

— Он заплатил половину и пропал.

— Он заказал тебе паспорт для этой женщины? — спросил Фабиан, не сводя глаз с документа.

— Да, причем очень срочно. А теперь вот лежит, пылится. Чтобы я еще раз с этими сраными торчками связался.

— Он говорил, зачем ему паспорт?

— Я не задаю вопросов клиентам. Меньше знаешь — крепче спишь. Но он должен мне триста евро.

— Забудь и про деньги, и про паспорт: я его забираю, — сказал Фабиан. — И вот тебе мой совет: бросай ты эти дела, уходи на пенсию! Будешь кроссворды решать. Или с внуками играть. Да хоть в баре в карты резаться.

В машине Фабиан вытащил из кармана паспорт и стал рассматривать фотографию Серены.

— Поверить не могу. Неужели этот козел хотел вытащить оттуда девчонку?

— Ты о чем, Фабиан?

— Эх, Рейес, от этих нариков одни проблемы.

Фабиан нервно барабанил пальцами по рулю, обдумывая дальнейшие действия. Рейес видела: он боится. И она знала кого.

— У тебя будут проблемы с Кристо?

— Это я порекомендовал ему Херардо — и смотри, как этот козел мне отплатил. — Фабиан потряс паспортом и бросил его на приборную панель.

— Если хочешь, чтобы я тебе помогла, ты должен мне все рассказать.

Фабиан поколебался, но в конце концов решился. Херардо был стукачом, постепенно он завоевал доверие Отдела, и ему стали давать разные поручения. Так, по мелочи — например, припугнуть владельца заведения, который отказывался платить за крышу. Однажды он даже набрался смелости и ограбил крупнейшего в Вильяверде наркодельца Бирама. В благодарность Фабиан подкинул Херардо отличную работу: не пыльную и за хорошие деньги. Договорился с Кристо, что Херардо будет возить кое-что в одно заведение в Сории.

— Что за заведение?

— Они занимаются суррогатным материнством. Ты не думай, ничего такого: женщины там живут, как королевы. Но в Испании это незаконно. Все организовал ушлый мексиканец, у него, видимо, везде связи. Общался с ним только Кристо.

— А что возил Херардо?

— Что придется. Лекарства, всякие женские штуки, что там нужно для родов… Все это крали из больниц, я передавал Херардо, а он возил в Сорию. Мексиканец из кожи вон лез, чтобы не оставлять следов. Я только пару раз был на той ферме, давно. Это была работа Херардо.

— А что с паспортом?

— На фотографии женщина с фермы. Ставлю свое целое ухо на то, что Херардо в нее влюбился и решил оттуда вытащить. Однажды он заявил, что этот бизнес надо прикрыть, потому что у женщин на ферме не жизнь, а ужас… Я тогда подумал, что у него размягчение мозга. А теперь понимаю из-за чего. — Фабиан убрал паспорт в карман.

— Ну а тебе-то что? Почему ты думаешь, что Кристо на тебя разозлится?

— Не знаю, в чем дело, но ферма уже несколько месяцев пустует. А теперь еще этот паспорт, и Херардо куда-то пропал. Что, если он заявится в полицию и все расскажет? А полиция начнет копать и выйдет на нас…