— Что? А они-то тут причём? — Вытаращился я на Доминика.

— При том. — Отрезал он. — Об их отношении к тебе, тоже есть инфа…

— Ты… — Хотел я выругаться, но в последний момент сдержался, так как понял, платить буду. — Сколько ты хочешь? Но помни, я на мели сейчас.

— Дай подумать… Триста?

— Не пойдёт. — Покачал я головой. — Сто!

— Сто слишком мало. — Скривился Доминик. — Двести пятьдесят! Иначе никакой сделки.

— Давай хотя бы двести! — Воскликнул я, и даже постарался сделать честный и испуганный взгляд. — Иначе и правда никакой сделки не получится!

— Хм… Ну ладно. Вот счёт, переводи. — Показал он мне номер для перевода. С опаской, я всё же перевёл ему деньги и стал ждать информации. — Держи. — Протянул он мне наушники, копаясь в телефоне.

— Там видео. — Заговорил он, когда я был готов. — Но на изображение можно не обращать внимания, главное звук. Я сделаю максимальную громкость, иначе местами плохо слышно будет.

— Бедняжка, столько времени избивали и насиловали… — Началась запись с сочувствующих слов, голосом, похожим на голос Агаты. Звучал он тихо, словно издалека, и это на максимальной громкости.

— Напомню, объект в том инциденте сам жертва! К тому же, он пытался спасти её. — Голос Елены оказалось определить легче, потому что он звучал немного громче. Но чёрт, о чём они говорят?

— Да знаю. Просто жалко девчонку! Нелли, кажется? — Услышав имя и соотнеся его с прозвучавшими ранее словами, меня тряхануло, словно молнией ударило… Но запись продолжалась, и я начал мысленно словно вдавливаться в неё. — Понятно, почему она замкнулась в себе, и боится мужчин. Сергей знает?

— Агата, не Сергей, а объект! — Предостерегающе заговорила Елена. — Забыла правила?

— Да помню…

— Повтори!

— В отсутствии объекта использовать исключительно обезличенные обозначения объекта воздействия, во избежание появления эмоциональной привязанности… — Стала по памяти, будто у доски, зачитывать Агата.

Звук записи, в этом моменте оказался стабильным. Подумалось, что они остановились у окна, край которого сейчас наблюдаю на видео.

— Достаточно. Объект не знает про девушку, и не должен знать. И последи за своим языком, он у тебя без костей. — Строго произнесла Елена.

— Лен, ну он же не первый у меня, справлюсь…

— Он другой! — Оборвала Елена Агату. — Все твои объекты до него, были без психических отклонений!

— Знаю. — Коротко ответила Агата.

— Напомню, ещё до похищения, объект был нестабилен. В восемнадцать, после автомобильной аварии, он несколько часов был прижат к покойной матери, не имея возможности отвернуться. Его одежда была пропитана её кровью! А после, он более месяца в каждом видел её!

— Я знаю! Досье читала! — С вызовом воскликнула Агата, но внезапно, очень резко сменила тон. — Лена, пожалуйста… Я справлюсь…

— Его разум нестабилен, Агата. Ты должна быть очень аккуратна. — Мягко заговорила Лена. — Ты не обратила внимания, но когда он смотрит на тебя, у него начинают течь слюни по подбородку…

— Мне показалось, что они всё время текут. — Хихикнула Агата.

— При тебе, да. — Хмыкнула Лена. — Тебе надо привязать его к себе, но если на объект что-то найдёт, охрана может и не успеть остановить его.

— Или не захотеть. — Фыркнула Агата.

— Зря ты так. У охраны приоритет защиты объекта, а не потакания его психам.

— Может тогда они свечку подержат? — Засмеялась Агата, Лена тоже засмеялась.

— Свечу держать, они бы с радостью! — Сквозь смех заговорила Лена. — А лучше поменяться с ним местами. — Это замечание вызвало новый приступ смеха у девушек. Отсмеявшись, Лена заговорила вновь. — Ты когда полезешь к объекту в постель, дверь в комнату не закрывай, чтобы случись что, охране не пришлось выламывать её.

— Будут подглядывать…

— А ты не на распашку оставляй. — Снова усмехнулась Елена.

— Интересно, а у него стоит? — Задумчиво произнесла Агата.

— Инвалиды там ничего не чувствуют, но эрекция возможна.

— Хоть удовольствие получу…

— Или изобразишь, что получила. — Обломала Агату Елена. Голоса начали удаляться, а я стал вслушиваться ещё сильнее, насколько это вообще возможно. — В любом случае, объект должен считать, что всё получилось, иначе он может начать избегать тебя.

— Чего это избегать? — Удивилась Агата.

— Например, будет стыдиться… — Это оказались последние различимые слова, дальше почти неслышное бубнение, пока запись не остановилась.