— Хорошо, подарю тебе автомобиль.

— Глупости все же делать не стоит.

— Ты машину водить умеешь?

— Умею.

— Тогда это не глупости будут, а знак моей глубокой и искренней любви: все же знают, что денег у меня достаточно.

— Это будет глупостью: как тогда ты меня будешь на своей машине возить?

— Действительно. Но тогда непонятно, как ты меня охранять будешь: ты же на автозаводе живешь, а я…

— Вот это и обсудим: как мне перебраться жить к тебе поближе. Светлана Андреева уже предложила несколько вариантов, выберем тот, который тебе больше всего подходит.

— Ю Ю, а ты замужем?

— Если мы влюбленная пара, то называй меня просто по имени, по фамилии и имени звучит слишком уж официально.

— Хорошо. Ю, ты замужем?

— Нет, а какое это имеет значение?

— Ну, мы влюбились — и женились, тогда ты сможешь просто у нас в квартире жить.

— Тебе же всего семнадцать.

— Пока да, но мне еще три года только в университете учиться. А наши законы позволяют при определенных условиях и раньше жениться.

Ю Ю рассмеялась:

— Я обдумаю твое предложение, время у нас еще есть, тем более определенные условия вряд ли наступят. А пока займемся твоей физической формой: я видела как ты бегаешь, и мне твоя форма не нравится. А ты должен и сам уметь себя при необходимости защищать — но пока ты слаб…

— Я бы этого не сказал.

— Я вижу, что ты недостаточно силен, чтобы защищать себя, но мы это исправим достаточно быстро. Раз уж мы такие влюбленные, ты же не откажешься немного позаниматься физической подготовкой с любимой девушкой? И это — приказ. Все, теперь заезжай вот в тот двор… вот сюда поверни, теперь к третьему подъезду. Хорошо, бери сумку и веди всю такую покалеченную меня домой. Аккуратнее, у меня же нога вывернута!

— А разве не другая?

— Милый, здесь никто не видел, какую я подвернула на стадионе. Но что стоишь, пошли, нам еще много чего обсудить будет нужно сегодня…

Квартира у Ю Ю оказалась стандартной малогабаритной «трешкой», и первое, что я в ней увидел, было большой фотографией, висящей на стене, на которой, как мне показалось, Ю Ю была просто дважды сфоткана. Но она, глядя на мою несколько ошарашенную физиономию, тут же пояснила:

— Это я с сестрой, ее зовут Ю Юи, и она работает сейчас на автозаводе. Весной окончила автодорожный, теперь здесь опыта набирается, а в следующем году поедет уже в Китай помогать в пуске такого же завода там. Только на самом деле она младшая моя сестра, на год младше, но она вообще-то знает, где я работаю. И официально она — старшая, так что и ты к ней должное уважение проявляй. А теперь… подожди минутку, я переоденусь и мы займемся работой…

«Работать» пришлось часа полтора: Ю рассказала мне, как я должен буду вести себя, чем заниматься (в плане «обучения самозащите») — и я понял, что вкалывать, причем чисто физически, мне придется не по-детски. Потому что она мне показала, чего я буду должен достичь к концу учебного года, на себе показала: просто присела на одну ногу, вторую вытянула вперед вдоль пола и в такой позе минут пятнадцать делилась со мной планами на мое «физическое совершенствование».

А под конец сказала, чтобы я не расстраивался особо: оказывается, то, что она мне продемонстрировала — это «всего лишь начальная стадия подготовки, в китайских школах такому обучают вообще за полгода, даже меньше». И предложила через пару недель записаться в новую секцию, которую уже она вести станет, а называться эта секция будет «секцией восточных спортивных танцев». Ну да, только танцев мне и не хватает в этой жизни…

Еще она сказала, что где-то недели через две она запишется в группу, занимающуюся разработкой программ для уже периферийных устройств, а на мой вопрос, уж не китайская ли она шпионка, она показала удостоверение старшего лейтенанта Госбезопасности и сказала, что ее отец был начальником как раз контршпионского отдела НКВД во время войны. И очень серьезно порекомендовала в этом удостовериться у Светланы Андреевны:

— Она мне рассказала, что ты — парень очень непростой, а между влюбленными не должно быть никаких неясностей и тайн, иначе окружающие заметят, что что-то тут не так. Нам нужно полное, абсолютное доверие друг к другу, иначе мы просто провалим работу.

— Ну провалим, и что?

— Меня, скорее всего, просто переведут в какое-то очень неприятное место… после того, как тебя вообще убьют, а мне очень не хочется защищать советские военные тайны от белых медведей. Так что давай сразу договариваться: между нами никаких секретов быть не должно. Да, чтобы тебе было с этим проще смириться: вот, смотри: мой допуск по первой форме и вот еще мой пропуск-«вездеход». Мне же придется тебя сопровождать везде, а враг, как известно, хитер и коварен. Ты обедать будешь? Рекомендую не отказываться: Юи очень вкусно готовит, а ты наверняка в жизни такую еду еще не пробовал.

Ну, в этой жизни точно не пробовал: сестренка Ю Ю приготовила классический чаомэйн и жареную свинину в кисло-сладком соусе. И Ю эту еду очень быстро разогрела в настоящей микроволновке (их всего-то весной начали выпускать на одном из горьковских заводов)! А затем она — с большим ехидством в глазах — поставила передо мной миску с едой и рядом положила палочки. Очень хорошие и дорогие, из какой-то кости. Себе тоже так же стол сервировала и тут же принялась еду поглощать, ловко палочками орудуя. Ну я хмыкнул, и тоже приступил к трапезе: человеку, много лет проработавшему за океаном, где четверть населения кормится в мелких китайских ресторанчиках, к палочкам не привыкать. Ю на это посмотрела, ехидство в ее глазах погасло и она сделала несколько неожиданный для меня вывод: