Серебрякова слегка засветилась аурой.

— Алексей, прекращайте. Вы мешаете допросу, а история об Изотове у нас уже попросту под запретом, — я бросил взгляд на скривившееся лицо Воронова, который похоже уже достал всех попытками восстановить справедливость.

— Если угодно слушать ложь в лицо, кто я такой чтобы мешать вам. Но Велар сказал, что изменённым он записывает новый разум поверх старого. Именно поэтому они могут между собой общаться на иномирном языке. Родной разум по всей видимости умирает, как только сдастся.

— Я уже передал, что это существо говорило с Алексеем, — вмешался подполковник, и я сразу дал пояснение.

— Предлагало сдаться. Мол, или закончу без боли или вовсе буду личным слугой, с лучшим положением, какое будет доступно остаткам человечества. Иномирец очень высокомерен и не сомневается в их победе. Впрочем, это лишь его слова.

По лицам многих присутствующих пробежала тень. Да, звучало ужасно, но некоторые факты надо принимать, не забывая, что это слова врага, который обязательно захочет сломить мораль воинов человечества.

— Клянусь, я ничего не помню! — заголосил мужчина. — Тело двигалось само!

— Так «тело двигалось само» или «не мог ослушаться»? — зацепился за построение фразы другой военный. Средних лет, одетый в куртку будто только что со склада. Черноволосый, с неуставной короткой бородкой. — Мария Михайловна, я тоже уверен, что этот человек увиливает. Алексей, можете ненадолго отойти? Пусть эта… печать снова запустится.

Глаза пленного тут же округлились в ужасе, и он забился в конвульсиях.

Этого человека готовы пытать, чтобы выяснить детали совершённого преступления. Как минимум, он запускал дронов, уничтоживших критически важную технику и убивших множество простых военных и одарённых. В военное время за такое полагается смертная казнь.

— Нет, пожалуйста, не надо! Я не хочу! Да, я лгал! Я просто боюсь! Меня заставили! Это существо сказало, что или я буду сотрудничать, или умру в муках!

Я закатил глаза, когда военный усмехнулся.

— Капля блефа никогда не будет лишней, — он придвинулся ближе. — А теперь, придурок, запомни следующее: если я заподозрю хоть тень лжи… товарищ антимаг пойдёт за кофе после трудного дня. У нас есть тот, кто вероятно сможет снять эту дрянь с тебя. Но только от твоих слов зависит, будут ли это делать.

Голос низко рокотал… зрачки пожелтели, зубы превращались в острые клыки.

Выглядело жутко и привычки требовали поскорее убить оборотня. Но я читал об одарённых с такой способностью.

Интересно, а что с одеждой происходит? Если рвётся, то жутко неудобно, наверное. И не ровен час, свои же прибьют, приняв за монстра Орды.

Впрочем, должный эффект на лжеца это произвело.

Если кратко, его действительно схватили, и поставили перед выбором. Жить он хотел и подчинился. Только после этого наложили печать. Важный момент, видимо мнение искажённых не спрашивают, а вот для этой магии требуется согласие. Пусть полученное под давлением, но согласие.

Ну а дальше план с дронами, изучение карт, кража самих устройств и короткое обучение по управлению ими. Гражданские модели далеко не летали. Тем более людей было гораздо меньше, чем целей и дронов. К тому же хотя за ними следил искажённый, после подрыва цистерн и атаки по бронетранспортёрам, остальные удары они старались направить просто в крыши зданий, а не по людям. И не маневрировали, чтобы было труднее целиться.

Смягчает ли это тяжесть содеянного? Не знаю, и я не судья. Пусть об этом думают военные.

Проблема в том, что не могу же я вечно стоять и держать его. Что дальше с ним делать?

— А я предупреждал о возможных атаках со стороны людей, — проворчал Воронов.

— Выскажете это командованию, — спокойно сказала Серебрякова. — Кстати, где другие офицеры?

— Ищут магов света из-за разлитой некротической силы или командуют разбором последствий.

— Кстати, а что случилось в Москве? — спросил я. — Из-за чего подкрепление прибыло поздно, будучи уставшим?

Одарённая просканировала меня взглядом, на секунду задумалась и всё же ответила.

— Энергетический шторм, мешающий работе авионики. Один из вертолётов разбился. Открылся довольно опасный пролом.

Комментировать то, что базу оставили без должной защиты, я не стал. Людей не хватает, всюду хаос… ошибки случаются.

Пленный притих, хотя дёрнулся, когда я повернулся к входной двери. Оттуда появился относительно сильный одарённый в… балаклаве и солнечных очках.

— Алексей, пожалуйста, проявите благоразумие и покиньте помещение. Это относится ко всем посторонним… и не забудьте о подписке о неразглашении, — повторила Серебрякова. — То что будет применятся тут совершенно секретно.