— Я бы с удовольствием, — ответил Хару, — Если удастся согласовать график, то я бы снялся в обоих выпусках. Если это возможно, конечно. «Властелина Колец» я читал, это одна из моих самых любимых книг.

— Замечательно, — кивнула режиссер. — Тогда завтра с утра мы созвонимся с агентством и посмотрим, что можно сделать.

Хару поклонился, благодаря. Он не совсем был доволен своей работой сегодня. Переживал, что иногда мог выглядеть слишком зазнайкой, рассказывая то, что знал только Антон. Увлекся, так сказать. Но ничего уже не исправить.

— Хару-я, можно попросить тебя зайти ко мне в гримерку на пять минут? — поинтересовался Чу Хёнсоб.

Хару осторожно кивнул. С площадки они ушли вместе, менеджер Пён молча следовал позади. Он, как всегда, не вмешивался, когда Хару начинал общаться со старшими коллегами, но ни на секунду не забывал наблюдать за Хару. Из-за этого перед гримеркой произошла некоторая заминка — Хёнсоб хотел поговорить с Хару наедине, менеджер Пён не хотел упускать Хару из вида. Зашли, в итоге, втроем, потому что Хару сказал, что доверяет своему менеджеру.

— Судя по всему, ты об этом не говоришь открыто, иначе знало бы больше людей, — сказал Чу Хёнсоб, когда закрыл дверь гримерки. — Но Нам Хансу — твой прадед?

Хару смутился:

— Почему все меня узнают? Я видел фотографии — мы похожи разве что тем, что у обоих светлая кожа.

Чу Хёнсоб улыбнулся:

— Я понял не совсем из-за внешности, твоего прадедушку я видел всего пару раз. Эта книга. Я был лично знаком с Хван Мирэ, видел весь процесс подготовки книги к печати. Пробный тираж состоял из трех экземпляров. Первый отдали ей, второй достался моему знакомому литературному редактору для финальной вычитки, третий оставался в редакции. В твоем томе правки красной ручкой на полях и титульной странице, такие делают в издательстве, когда проверяют качество верстки. И издательство это принадлежало сыну Нам Хансу.

Хару смущенно улыбнулся и кивнул, признавая выводы Чу Хёнсоба правдивыми.

— Я удивлен, что парень из такой семьи стал айдолом, — признался Чу Хёнсоб. — Слышал, что Нам Гаон прекратил общение со своими знакомыми, практически пропал. Предположу, что у семьи финансовые проблемы и ты решаешь их так, как можешь. Не осуждаю, даже уважаю твою решимость. Хотел бы знать: могу ли я чем-то помочь? Ты планируешь поступать в университет? Век айдола недолог, тебе не помешает высшее образование. Я мог бы договориться, чтобы на кафедру маркетинга тебя приняли вне конкурса.

Хару искренне удивился. Такими заявлениями в Корее не разбрасываются. Чу Хёнсоб работает не в каком-то низкоуровневом университете, кафедра маркетинга и рекламы считается лучшей в стране. И Чу Хёнсоб там — уважаемый специалист, состоит в каких-то важных комитетах. Сегодня на съемке Хару узнал, что весь книжный клуб спонсирует Samsung, и этот контракт обеспечил Чу Хёнсоб. Просто он проверяет практически все рекламные макеты компании, у них долгое и успешное сотрудничество. Но… протащить кого-то в университет вне конкурса — подсудное дело.

— Не смотри на меня с таким удивлением, — улыбнулся Чу Хёнсоб, — Лазейки есть всегда. Я уверен, что ты парень неглупый и сдать экзамены на средний балл сможешь, потом останется только притянуть максимальное количество льгот… большинство жителей Кореи даже не знают, что эти льготы существуют.

— Спасибо, — поклонился Хару, — Мне сдавать экзамены в этом году. Агентство обещало, что за месяц до этого наймут мне репетиторов, чтобы те натаскали меня к сдаче экзаменов. Я учусь в MAS, там тоже есть свои поблажки при поступлении. Но да — я хочу получить образование, поэтому не стану отказываться от вашей помощи.

— Это хорошо, — кивнул Чу Хёнсоб. — Если понадобится что-то еще, не стесняйся — звони.

И он протянул Хару визитку. Хару благодарно ее принял, но все же не смог сдержать любопытство:

— А что вас объединяет с моим прадедом?

Чу Хёнсоб улыбнулся.

— Мама родила меня рано, еще и мой отец погиб до свадьбы. Мою маму, выпускницу технического университета, и без ребенка-то не особо хотели брать на работу, а с таким позором, как сын без отца, и подавно. Но Нам Хансу принял ее в свою команду, помог устроить меня в хороший детский сад бесплатно. Если бы не он, вряд ли у моей мамы получилось бы столько вкладывать в мое образование. Только в команде твоего прадедушки были женщины-инженеры, остальные избегали их, считая неподходящими для исследований подобного толка.

Хару поклонился, а про себя подумал, что дед у него, видимо, действительно был неординарным человеком. Чу Хёнсобу где-то пятьдесят. То есть, родился он примерно в семидесятые. В то время ребенок вне брака мог сильно осложнить жизнь матери, ее действительно никуда не взяли бы. Да и женщина, работающая на оборонную промышленность? В семидесятые, в Южной Корее? Что-то невероятное. Насколько же ценным специалистом был Нам Хансу, что ему позволяли такое?

— Ты пока молчишь о том, кто твой прадед? — спросил Чу Хёнсоб.