— Прямо злодеи какие-то с огненными трубками.

— Да пошли они, нас десять лет трелями считали, пока Вепрь со своей командой не высадился.

— Вепрь — это большая свинья?

Мой вопрос нереально развеселил разведчика.

— Точно! Огромный и очень злой свин, которых всех тут под сиденье очистителя загнал. Он теперь у нас главный. Пока мы без памяти тупили, нас местные пачками вязали, а у его парней всё на инстинктах. Тоже ничего не помнили, но им это местным вломить не помешало, а как вспомнили, то понеслось. Эти твари думают, что мы забыли, что они так и говорили, что опять трели с неба падают. Они нас вообще за людей не считали. Если с неба, то трели. Когда мы в первый раз вломили, очень удивлялись. А что так тоже можно было? Ничего, народа накопим почистим тут всё от тупоголовых.

— Я с риксом теневиков говорил, вроде нормальный мужик.

Леонид кивнул:

— Теневики, они в адеквате. Они в перспективу смотрят. Первыми от нас отстали, ещё и тихонько сообщили, что помогать не будут, но и в спину не ударят. Сами, всё сами. Территории огромные, а мы всего крошечный пятачок занимаем. Ну чего делить? Побурчали немного для приличия, чтобы другие не сказали, что они землю родную сдали, и отвалили. Сейчас мы торгуем потихоньку, в дела друг друга не лезем, даже трелей выкупаем. Твой громила тебя, конечно, запугивал, что трелем хотел сделать, но уверен, на следующий бы день к нам примчался с выгодным предложением. А этим, из раскола, всё неймется. Покоя мы им не даём.

Грифон сел на просторной площадке. Вокруг суетился народ. Было видно, что мы находимся не просто в поселении, а серьезно оборудованном городе крепости. Нас встречала целая делегация начальников, решивших самолично посмотреть на отмороженного героя. С носилок я уже сполз и передвигался самостоятельно, но пока до нормы было далеко, а конкретно шестьдесят семь часов, пятнадцать минут с вероятностью девяносто три процента, подсказал симбионт.

Начальство было самое высокое и даже сам рикс. Почему-то в моей памяти укоренилась, что риксы — это огромные здоровенные мужики, вложившие уйму рун в мышцы. Вепрь, как звали местного градоначальника, выглядел иначе. Он был серебряным восходящим, но не огромным атлетом, а сухощавым, сжатым словно пружина невысоким мужчиной с пронизывающим, изучающим взглядом. Он сразу скользнул по мне ментальными умениями, пытаясь пощупать своими чувствами, дотронулся до моих мозговых броней и отдернулся. Не думаю, что специально хотел влезть мне в мозги. Скорее всего привычка щупать окружающих своими умениями. Воздействие было крайне незаметным и корректным. Рикс улыбнулся:

— Здравствуй, герой! Как самочувствие? Доложили, что тебя свозь толщу льда вытаскивали. Нас этот Народ Разлома своими скудоумием уже достал. Всё не уймутся. Все соседи давно угомонились, и потихонечку отношения налаживают, а эти нет.

— Я Алехандро видел, — сообщил я на всякий случай начальнику.

— Ха, говнюк тоже заглядывал? Большим начальником был. Обычно в координаторы плохих людей не брали, а это видно на генетическом уровне сбой произошел. Здесь за тебя все переживали, а когда по связи сообщили, что вытащили, и разломникам по носу щёлкнули, тут прям все взбодрились. Молодец! Прямо мордой в самую кучу ткнул. Так как ты себя чувствуешь? В кабинете поговорим, или мне в медблок прийти?

— В кабинете.

— Через два часа жду. — сказал главный, хлопнул по плечу и удалился.

Меня провели до медблока, а моих сразу в столовую. Зайдя в медблок, я встретился с внимательным взглядом двух сотен немигающих глаз. На голове не юной, но очень красивой и привлекательной женщины, вместо волос росли тонкие змейки, внимательно следящие за каждым моим движением.

— Вот ты какой, герой Архераил. Я Гадюка. Это позывной. Одной дурацкой расчёской по глупости расчесалась. Проходи давай, ложись, — и она указала на лежанку автоматического диагноста.

Я улёгся:

— Какая к червям расческа? Я за время службы на флоте столько азур нанюхался. От тебя фонит так, что только удивляешься, как лампочки в комнате не выключаются. Ты дикая восходящая. У меня в прошлой жизни жена была такая.

В ответ мне хмыкнули, и она подняла голову, бегая зрачками, и что-то нажимая пальцами в воздухе на виртуальном, видимом только ей интерфейсе. Симбионт подсказал, что аппаратура очень серьёзная и продвинутая. Модель диагноста с местными доработками, штатные индикаторы азур и модификациями на основе звёздной крови, а для простой диагностики и лечения параметры устройства превосходят необходимые в двенадцать раз. Если я хочу узнать более подробно, то он это может. Я отказался, и внимательно следил за серьёзным лицом красивой женщины, занимающейся умной работой. Я, конечно, не тупой и сразу понял, что Гадюка скорее в должности сумасшедшего профессора или специалиста по аномальностям, чем похотливой медсестрички и мой медосмотр в первую очередь не для выявления синяков и отмороженных пальцев.

Завершив, она отправила в меня руну и мой таймер выздоровления уменьшился на двадцать часов.

— Жить будешь. Рунного лечения больше не надо. Лучше, когда тело само восстанавливается, тогда параметры развиваются. Странный ты.

— Гвоздя не нашла?

— Нашла. Он у тебя и вправду в голове, осталось выяснить, кто его туда вбил, — а потом перевела тему, скосив взгляд на свою пышную живую причёску. — Ты посмотри, на тебя единственного не шипят, — удивилась обладательница змеиных волос.

— Меня животные любят.

В ответ получил чарующую улыбку, и меня выперли из лаборатории, передав в руки сопровождающих, намеревающихся меня переодеть и покормить. В том что эта именно лаборатория, а не медблок, я больше не сомневался, просто лабораторный комплекс с возможностью лечения.

Покормили, переодели, на личное имущество не претендовали и довели до кабинета, рикса. Помимо начальника в кабинете был фламин, которого звали Дым, Леонид и ещё один мужчина, чьё имя было скрыто. Моих не было.