— Дела, — пожал плечами, разглядывая, как Лампа колдует над растением.

— Могу ли я попросить об одном одолжении? — её шёпот щекотнул ухо. — Я хочу вас пригласить в город на сви… — запнулась она. — Ужин. Вы не против?

— Хорошо, — хмыкнул, наблюдая, как её щёки заливает румянец. — Как только закончу с делами, обязательно сходим.

Глаза Ольги вспыхнули, словно два маленьких солнца. Она смутилась и отвернулась, будто боялась, что я увижу слишком много в её взгляде.

Лампа протянул мне бутылку объёмом в пол-литра. Жидкость внутри напоминала болотную воду — такая же мутная и неприглядная.

Я открыл пробку, принюхался: что-то знакомое… Сделал глоток и замер. Да ладно? Это же то самое пойло, которым угощал Дрозд из своей фляги, когда меня ранила кукла проклятым мечом. Странно. Зачем некроманту постоянно лакать эту бурду? Или на них она действует как-то иначе?

Смотрел на бутылку и думал. Мне нужно довериться рецепту Жаннет или, как её назвал Витас, «бешеной бабы». Рискованно. А какие есть варианты? Я чувствовал, как проклятие уже разъедает мои каналы и источник. Времени осталось мало — день максимум.

Попрощался с алхимиками, стараясь не замечать полный надежды взгляд Ольги, и двинулся дальше.

Позвал Жору, Витаса и перевёртышей. Они выстроились перед особняком, как почётный караул.

— Я прогуляюсь в лес, голову проветрю, чуть подумаю, — произнёс, старательно обходя главную причину. — Что может произойти за это время? — задумался, разглядывая их лица. — На нас могут напасть… Проще сказать, кто не сможет. В общем, — тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, — монголы, джунгары или гости из столицы. Ваша задача — убить всех, а Маргариту и Симону защитить. Да, совсем забыл. Может явиться обиженный Запашный. Приказываю считать его самого и его людей врагами. Ответственность на мне.

— Есть! — Витас отчеканил, как на параде, и, дождавшись моего кивка, умчался готовиться к обороне.

— Вероника и Елена очень хотят с вами пообщаться, — Жора произнёс это тоном заботливой няньки. — Считаю, что вы обязаны уделить им время. Пора уже закрыть некоторые вопросы.

— День-два, — прикинул в уме, — и можно будет объявлять. Так им и передай.

— Как прикажете, — улыбка слуги напомнила мне морду довольного кота.

А ведь совсем вылетело из головы. Но Жора прав: чем быстрее официально закреплю право над землями Зубаровых и Требуховых, тем лучше. Бочкарёв почти на моей стороне. Остался только Смолёнов.

— В случае чего, — посмотрел на сестёр, которые замерли, — уходите в лес, забирайте с собой моих людей. Витас знает несколько вариантов, как и где укрыться.

Раздал поручения, теперь можно и самому заняться делом. Возможно, остаться тут и правильно, но, если моё предположение с армиями верно, то… Остальные угрозы не такие уж и опасные.

В руке — бутылка с бурдой, при оружии и заларке я двинулся в лес. Все базы готовы к нападению, словно крепости перед осадой. Охоту временно приостановили.

Паучки рвались со мной, но я оставил их на территории. Плевать, кто там что подумает, если вдруг на нас действительно нападут.

Монстры получили приказ убивать всех чужих. Словами я им объяснить не смог, кто враг, но передал образы Витаса, Медведя, Жоры и перевёртышей. Вот с кем они будут сражаться, тот и плохой, его можно кушать. Простая логика для простых существ.

Сеть из монстров я тоже не тронул. В случае чего узнаю сразу, если что-то пойдёт не так. Да и особи в лесу, кроме родителей, ещё маленькие. Пусть пока отъедаются.

Утро уже почти наступило. И это одна из причин, почему я пошёл. Обычно нападают ночью или вечером. А чтобы средь бела дня… Редкость.

Прошёл несколько баз. Кивнул мужикам и чуть сместился. Чтобы не скучать в одиночестве, достал кристалл. Покрутил его в руке, любуясь игрой света на гранях.

— Давай, выбирайся, — потряс камень.

Серебристая дымка окутала его, и через мгновение рядом материализовался мой водяной медведь. А детина-то подрос — уже выше колена. Монстр чихнул, встряхнувшись, как собака после купания. Огляделся по сторонам и состроил самую обиженную морду, на какую только способна чешуйчатая тварь.

— Вот только не надо, — хмыкнул я. — От тебя пользы ноль. Паучки — другое дело. Они помогают, а ты так, мебель. Вообще не понимаю, почему я тебя ещё терплю.

— Па-па, — выдал он с интонацией капризного ребёнка.

— Ой, иди ты! — махнул рукой.

— Еда, — тут же оживился медведь. — Кушать. Ам-ам, — и для наглядности ткнул когтистым пальцем себе в пасть.

Я уставился на него в изумлении. Ещё немного, и этот наглец станет требовать самку и отдельную берлогу? Вон как быстро словарный запас растёт — того и гляди начнёт читать стихи.