Блин-оладушек-пирожок… У меня в квартире не только Мамай прошёлся, но и случился Апокалипсис с Рагнарёком в одном флаконе, исправно сдобренный внеплановой проверкой командования Штаба округа… И прибрать за полчаса уже не успею. Максимум — сам помыться, да одежду постирать.

«Жду».

С другой стороны, нет уха без бобра: хоть с Оксанкой пообщаюсь. Действительно, год не виделись. Даже интересно, как она его провела. Судя по сброшенным фоткам, очень даже насыщенно.

«Точность — вежливость снайпера».

Окси сдержала своё слово. С пунктуальностью японской гейши, выдержавшей чайную церемонию по минутам, ровно через полчаса Смазнова позвонила в дверь. Мне же этого времени хватило строго для того, чтоб привести в порядок себя, закинуть в машинку одежду и наспех упороться кружкой кофе.

«Однако!», — хмыкнул я, открывая гостье.

Та стояла на пороге, уже пригладившая пёрышки. Лёгкие невесомые босоножки-сандалики, экстремально короткое (но всё ещё в пределах дозволенного) тонкое платье с коротким рукавом в светлый рисунок, а в руках, сложенных перед собой, небольшая женская сумочка под тон платью.

Это Смазнова решила так выпендриться или на улице так тепло? Вроде, середина апреля. Ещё свежо должно быть для таких открытых нарядов.

Я отошёл с прохода, пропуская гостью.

— Добро пожаловать. Чай, кофе, чего-нибудь покрепче?

Оксанка, грациозно покачивая стройными накачанными бёдрами, подчёркнуто виднеющимися из-под обрезанных полов короткого лёгкого платья, продефилировала в жилище. Вслед за молодой женщиной потянулся шлейф лёгкого, но чрезвычайно смачного аромата явно недешёвых духов.

Закрыл за гостьей дверь, запер замок.

— Я к тебе хожу не стол дегустировать.

Спокойно, как у себя дома, Смазнова избавилась от босоножек.

Выпрямилась, посмотрела мне в глаза.

— Ты же опять сейчас исчезаешь. Хорошо, если не на год. Я, конечно, алиментов от себя не получаю, но это не повод пропадать бесследно. Сегодня у меня выходной, и буду признательна, если ты уделишь мне внимания.

— Ресторан? — поинтересовался я. — Кино, парк, клуб?

Оксанка снисходительно улыбнулась.

— Можешь оставить это для девочек, которым не хватает романтики. Я-то отлично знаю, что ты можешь дать мне намного больше.

Мне оставалось только хмыкнуть.

— Прошу к шалашу, — и простёр руку вглубь жилища, приглашая гостью пройти. — Где душ — знаешь, постель тоже найдёшь. Надо будет «спинку потереть» — зови.

Смазнова в предвкушении облизнулась.

— Как будто тебе ещё требуется говорить, что надо.

Отдав мне свою сумочку, гостья босиком направилась к ванной комнате, на ходу расстёгивая «молнию» своего платья.

По ходу, реально её «прижало»… Не удивлюсь, если до постели мы так и не доберёмся…

С Оксанкой, конечно, приятно говорить. Красивая и эрудированная женщина в наше время редкость. Почему-то, мне чаще всего (хоть и не всегда) попадались или донельзя умные дамы, которым не помешала бы косметичка, или безумно вёрткие горячие соски, которым не хватало интеллекта на что-то более требовательное к IQ, чем двойной заглот с тройным проглотом.

Смазнова попрала собою этот постулат. Косметичкой если и пользовалась, то лишь чтобы выгодно подчеркнуть особливо сильные стороны или скрыть какой-то временный дефект. В повседневной жизни и без тонны штукатурки заставляла встать в строевую стойку как мужчину, так и его инструмент. Но, вместе с этим, знала и понимала многое, отчего с ней приятно было общаться практически на любую тему.

— Ну, вот и о чём нам с тобой говорить?! Мы же разных полей ягоды! Вот ты! Читал Достоевского?!

— Ну, читал.

— А я не читал! И о чём нам с тобой говорить?!

Но приятно с Окси было не только общаться. Даже просто проводить время. Мне, как пользующемуся изрядной свободой в расходовании средств благодаря размерам выплат, не составляло труда выйти в любое людное место, случайным образом выбрать любую половозрелую девушку женского пола и всучить ей толстую пачку наличности. С вероятностью, ошеломительно близкой к ста процентам, оная девушка стала бы моей на неопределённое время без идиотских вопросов. Однако наличие Смазновой ставило под сомнение логическое обоснование этого манёвра. Найти кого-то, хоть немного схожую с Оксанкой по эрудированности и внешности, тяжело. Не невозможно, но непросто. Оттого и просто проводить с ней время приятно.

Но законы биологии никто не отменял. Если две разнополые особи остались в одном месте дольше, чем на несколько минут, а за бортом весна — гормоны возьмут своё так или иначе.

Они и взяли. Штурмом с наскока, мощнейшей бомбардировкой проломив оборону защитников, буквально сравняв с землёй их позиции, заняв господствующие высоты и перекрёстным огнём подавив ключевые точки сопротивления.

Начав нашу дуэтную оду любви, похоти и разврату ещё в душе, плавно переместились в мою комнату на диван.