– Все получилось как нельзя лучше!
– мы с ней ударили по рукам и рассмеялись.

Я активировала карту академии в своем коммуникаторе, и с огромным облегчением увидела две красные точки, передвигающиеся по ней. Работает!

– Пусть теперь погоняются за тобой, - феечка подмигнула мне и потащила на следующую пару.

Но радовалась я недолго. По окончании последней пары по мою душу пришел очередной дежурный студент, и опять при всех меня вызвали к ректору.

Глава 12

И что опять не так? Что за очередной вызов на ковер к ректору?

Змеюка Миртэль довольно скалилась и потирала руки в предвкушении моего наказания. Я вздохнула. И чего людям спокойно не живется?

В кабинет ректора я шла как на заклание, пытаясь понять, что могла натворить.

– Ну вот вы и снова в моем кабинет, студентка Русевич.
– сложив руки на груди, ректор исподлобья смотрел на меня, склонив голову в одну сторону.
– Видимо, спокойно вам не живется.

– Тогда позвольте полюбопытствовать, в чем меня обвиняют на этот раз.

– Неправомерное использование боевой магии на территории академии карается по уставу очень серьезно.

Я тяжело вздохнула. Значит, моя выходка с молнией не прошла незамеченной. И кто же нажаловался? Близнецы? Или у нашего разговора были свидетели?

– Любое применение запрещенной магии на территории академии отслеживается артефактами, - продолжал ректор, а я мысленно поставила плюсик братцам, значит, они меня не закладывали.
– Тем более нанесение вреда студентам.

– Ну конечно, и опять не учитывается причина произошедшего, и никто не разбирается, что произошло, сразу назначают виновных?
– ерничала я.

– Хорошо, и что, по-вашему, произошло?

– А произошло то, что меня очень настойчиво и однозначно приглашали на ночную экскурсию в мужскую комнату, и мое мнение значения не имело. Вот я и ответила им, что я об этом думаю. Я вам уже говорила, что защищаться я умею и буду несмотря ни на что, мне моя шкурка очень дорога, и предпочитаю сохранять ее не подпорченной. Так что все претензии к парочке этих идиотов. Я всего лишь слабая девушка, и противостоять мужчине могу только магически, но никак не физически, так что другого выхода, кроме как защититься с помощью магии, у меня не было.

Ректор задумчиво проводил мою фигуру взглядом вверх-вниз, и приблизился ко мне. Я инстинктивно сделала шаг назад.

– И что мне теперь с вами делать? По уставу, мне следует вас наказать, но исходя из ситуации, наказывать следует этих оболтусов, которые и пострадали. Вы опасная девушка, - прищурился он, подходя еще ближе и снова, как и в прошлый раз, шумно втягивая воздух, как будто впитывая мой запах всем своим существом.

– Что же, тогда у меня есть решение, - произнес он через некоторое время.
– Я назначаю всем участникам конфликта отработку в оранжерее академии.

Я аж воздухом поперхнулась.

– А меня за что?! В чем я виновата? В том, что защитила свою честь?!
– у меня не хватало хороших слов для этой ситуации.

– Успокойтесь, - ректор продолжал пристально смотреть то мне в глаза, то на мои губы.
– Все-таки, запрещенную боевую магию вы использовали, как ни крути, и я вошел в ваше положение и назначил вам наименьшее наказание из возможных. Обычно за такой проступок так легко не отделываются. Но и остальные безнаказанными не останутся.

– О да, чуть не изнасиловали девушку, и за это будут копаться в цветочках? Отличное наказание!
– надулась я.

– Светлана, - неожиданно ректор назвал меня по имени, - я знаю своих братьев, и могу вас уверить, что с их стороны никогда не случилось бы насилия по отношению к девушке, они не так воспитаны.

– А как говорится там, где я выросла: чужая душа - потемки. Вы вполне можете просто предвзято относиться к своим родственникам, а у меня им веры нет ни на грош!
– не сдавалась я.

– Что-то подсказывает мне, что не в последний раз вы бываете в моем кабинете, и мне придется придумать для вас особое наказание, которое поможет сдержать в узде ваши защитные механизмы, иначе вы перекалечите мне добрую половину студентов.

– Не будут ко мне лезть - не перекалечу, - отрезала я.

– Сомнительно, весьма сомнительно… - протянул мужчина и еще приблизился. Мне казалось, он едва сдерживается, и я снова отступила на шаг, упершись спиной в книжный шкаф.
– Как насчет поцелуя? Вполне невинная плата за любой проступок.