— Слава Богу, — перекрестилась Катерина Матвеевна. — Всё-таки очень неприятный собеседник и вообще отвратительная компания…

Раздался грохот. Камни посыпались градом, и в комнату прямо сквозь стену влетел визжащий Анчутус. Недалеко же он ушёл.

Грохнулся рядом с кроватью, Катерина Матвеевна вскочила, закричав. Ей показалось, что она всё же уснула и видит во сне ту страшную ночь, когда Кощей её похитил. Тогда тоже рухнула, будто взорвалась, стена, и в комнату вошла сама смерть, сам ужас, сам кошмар…

Никогда ещё она так не ошибалась.

В комнату вошёл Владимир. А за ним вбежал… вбежало… никогда прежде Катерина Матвеевна ничего подобного не видела. Это была жуткая металлическая конструкция, более всего напоминающая огромного паука. Катерина Матвеевна собралась снова кричать, чтобы предупредить Владимира об опасности, но не стала. Нападать паук определенно не собирался. Он следовал за Владимиром так, как могла бы следовать за хозяином комнатная собачка, и Владимир на жуткого паука не обращал никакого внимания. Он, впрочем, и на Катерину Матвеевну бросил лишь беглый взгляд.

Подняв светящийся меч, Владимир обрушил удар на Анчутуса, который так и не успел подняться.

Сверкнула молния. Катерина Матвеевна впервые увидела, как охотник получает законную добычу. Ахнула от неожиданности.

Молния была яркая, ветвистая. Казалось, что если Владимира ей не испепелит, то он по крайней мере рухнет замертво. Однако ничего подобного не произошло, Владимир даже не покачнулся. Впитал в себя молнию, едва ли её заметив — так, как иные люди надевают на ходу перчатки.

Не глядя закинул меч в ножны, бросил пауку:

— Иди, ребятам помоги, — и только после этого улыбнулся Катерина Матвеевне. — Ну что, я не слишком долго?

Отвечать словами было выше её сил. Катерина Матвеевна попросту набросилась на Владимира с объятиями.

Глава 25

Когда замок тряхнуло в первый раз, я не обратил на это внимания. Оно полностью растворилось в прижимающейся ко мне девушке. Надо же, я и позабыл вот это вот всё! Совершенно вылетело из памяти, как хорошо мне было рядом с Катериной Матвеевной. Увлёкся битвами и развратом. Ну а что поделать, такова жизнь охотничья… Теперь же всё воскресло, и я сильно осудил себя за то, что уделял так мало внимания этой милой барышне.

Ну, подумаешь — пол под ногами дрогнул. Битва идёт, всякое может случиться…

Когда тряхнуло вторично, я произвёл быстрое сканирование Сотников и присвистнул.

— Что происходит? — отстранилась от меня Катерина Матвеевна.

— Да уж происходит там… Так. Давай-ка немного полетаем, одну я тебя пока не оставлю. Не в этом месте.

Я взял Катерину Матвеевну под локоть и переместился на крепостную стену. Вернее, на то, что от неё осталось — уцелевший кусок. Катерина Матвеевна охнула от неожиданности и крепко уцепилась за мою руку.

Картина была впечатляющая. Армия чертей, которая свалила с холма, добралась-таки до крепости. Навстречу им высыпали наши, растянулись цепью, демонстрируя непреклонное намерение не пущать во что бы то ни стало. Разумеется, не все вышли наружу. Изрядная часть воинства оставалась во внутреннем дворе крепости. С местными чертями они уже покончили и были не прочь схватиться с новыми. Сердца требовали добавки. Добавки костей и родий.

Армия чертей выглядела впечатляюще, однако победимо. Конечно, без потерь не обойдётся, но конкретно эту свору мы бы загасили. Если бы не одно существенное «но».

Во главе армии стоял Кощей Бессмертный. И смотрел пустыми глазницами на меня, стоящего на крепостной стене. При том, что груда обломков, которую Разумовский на него навалил, никуда не делась и сохранилась в первоначальном виде.

— Ну да, в общем-то, логично, — пробормотал я. — Если уж черти могут перемещаться, как им заблагорассудится, то тебе — сам бог велел.

— Бог не может повелевать мною! — взревел Кощей. Задаваться вопросом, как ухитрился меня услышать, очевидно, не стоило. Я его, что характерно, тоже прекрасно слышал. — Я здесь — Повелитель!

— Как скажешь, — пожал плечами я.

— Сдавайся.

— Конечно, только шнурки завя… Ой, извини, у меня нет шнурков. Тогда не могу. Сам видишь, от меня не зависит, обстоятельства…

— Отдай девушку!

— На кой-она тебе? Ты же скелет.

— Я могу сделать из неё царицу мёртвых.

Я повернулся к Катерине Матвеевне.

— Ты хочешь быть царицей мёртвых?

Она покачала головой.

— Не хочет, — обратился я к Кощею. — Другую поищи.

— Ты чего-то не понимаешь, — рыкнул Кощей. — Вам не уйти! Не выбраться из этой крепости! Вы сами загнали себя в ловушку, глупцы.