С трудом затолкав в себя последний кусок лепешки, Лера прислушалась к организму: живот, как барабан, и резерв почти полон. Сегодня, действительно, быстрее. А все потому, что она «нащупала» то состояние, когда лучше остановиться, — не до конца выкладываться, а чуть-чуть оставлять «на донышке». И пускай хватило бы еще на пару кругов, но как показали эксперименты, именно с таким запасом «маны» скорость восстановления максимальна.

Лера глотнула воды из фляжки и принялась складывать в сумку остатки еды.

— Еще минутку и двинем дальше.

— Если б ваше «дальше» стало чуть больше, — прокряхтел возница, поднимаясь.

— А представьте, гран Агрий, если бы вам вместо меня выдали плуг, — предложила Лера.

Видимо, возница представил, потому что лицо его вытянулось от удивления.

— Во-от, — подняла Лера палец. — Все познается в сравнении.

Позади раздалось презрительное фырканье:

— Я как раз сравниваю, лиа. И сравнение не в вашу пользу.

Возница резко обернулся и замер в поклоне. Видимо, явился кто-то важный. Лера, стараясь не торопиться, но и не медлить, поднялась с земли и повернулась к визитеру.

Сверху вниз, неприязненно и с толикой недоумения, на нее взирал местный агроном, тот самый, что следил за выполнением работ. Дэр Алерайо ван Видус. Цепочка следов, идущая от оставленной метрах в пятидесяти коляски прямо по взрыхленной земле, подсказала, почему он приблизился так неслышно.

Лера легким поклоном поприветствовала «агронома».

— Светлого дня, дэр Алерайо.

— О, вы заметили?! — изобразил удивление тот. — Действительно, день! И причем, второй! Почему же вы до сих пор здесь, а не в конце поля или хотя бы в его середине?

Наверное, сытость и усталость сыграли роль, иначе Лера не смогла бы объяснить, зачем с таким с глубокомысленным видом изрекла:

— Тише едешь, дальше будешь.

Дэр Алерайо слегка опешил.

— Интересная позиция… Однако проверяйте ее где-нибудь на скачках, а здесь пошевеливайтесь!

Шевелиться не хотелось. Лера ощущала себя удавом, только что сожравшим антилопу.

— Я стараюсь, — степенно ответила она. — Все силы вашему полю отдаю.

Дэр Алерайо поджал губы:

— Удивлен, что вы, вообще, можете что-то отдать.

— Я очень самоотверженна.

— О да! Препираетесь вы очень самоотверженно, я бы даже сказал самозабвенно. Наверное, комиссию на прохождении лабиринта заговорили до смерти, иначе не поступили бы в академию с двадцатью единицами… Даже не верится, что мне прислали такую студентку! Вы же и с половиной не справитесь!

При упоминании лабиринта в груди ёкнуло, и если бы дэр Алерайо не смотрел на нее, как на плесень, неожиданно вылезшую в углу, то Лера смолчала бы, а так в ней будто ген вредности проснулся.

— У меня двадцать три единицы, — чопорно сказала она. — И я справлюсь… С обеими половинами.

Повисла тишина, в которой сопение замершего рядом возницы показалось таким же громким, как и фырканье коня неподалеку.

Лера успела пожалеть, что начала этот глупый спор, но неожиданно взгляд дэра Алерайо изменился: стал снисходительным и немного усталым. Теперь он смотрел на нее, как на капризного ребенка. Даже не понятно, что лучше. Пожалуй, все же «плесень».

— Не думаю, что вы справитесь, — наконец сухо произнес он, — но продолжайте.

Когда агроном укатил, возница отмер, с укоризной покачал головой и уже привычно тяжко вздохнул:

— Ох, лиа…

Лера раздраженно подхватила сумку и направилась к коляске.

— Идемте, гран Агрий! Я готова продолжать.

— Девочки, готовьтесь! Сегодня игра! — с порога сообщила Ленора.

— Игра?! — Белла, покрывающая свое лицо очередным слоем отбеливающей сыворотки, оторвалась от зеркала.

— Я же обещала, что устрою для Дартс испытание.

— Так быстро? О, маги-основатели!

Белла с Пинной несчастно переглянулись, но Ленора на их очевидное нежелание играть только рассмеялась:

— Знали бы вы, как просто оказалось взбесить клацилиек. Пара улыбок и восхищенных фраз их парням — и такая буря поднялась! — Ленора подошла к своему зеркалу и улыбнулась, разглядывая ямочки на щеках. — Кстати, похоже, Дартс вчера вечером столкнулась с клацилийками и чем-то их здорово разозлила. Когда они узнали, откуда я, одна развизжалась, что уродины из Альтии за все поплатятся, а самая длинная пообещала прихлопнуть какую-то мелочь.