— Кто ты? — размазывая ладонью грязь по лицу, спросил меня Никита. — Охотник? Или добыча?!

Он взревел разъяренным медведем, бросил топор в сторону и… Оказался вплотную ко мне. Недолго думая, я обрушил свой лоб на его нос, но закономерного хруста не услышал. Наоборот, голова затрещала от боли так, словно по ней ударили шпалой от рельсов. Что за чертовщина? Откуда такая каменная плоть?!

— Ты слабак… — прорычал великан и схватил меня за горло. Он поднял меня над землей.

— А ты проиграл! — прохрипел я и, до предела напитав ноги Властью, оттолкнулся от груди Никиты. Он не удержал меня, и я, проломив собой дверь, влетел в дом, за порог… Это была победа!

— Что здесь происходит?! — из холла донесся милый женский голосок. — Медведь, ты опять буянишь?!

Я кое-как встал, отряхнулся и не знал, куда смотреть… На пустой проем или в дальний коридор, откуда доносилось эхо уверенных шагов? Мало ли чего можно ожидать от местных обитателей! Гостеприимством тут и не пахло!

— Ой! А это не медведь! — в холл вбежала молоденькая девушка в белой мини-юбке. Высокие каблуки не умаляли ее миниатюрности, светлые чулки обтягивали стройные ноги, а синяя шелковая рубаха была распахнута на груди в самом роковом вырезе из всех, что мне доводилось видеть…

— Он прошел. — переступая порог, недовольно проворчал Никита. — Так что плакали мои денюжки.

— Просто никогда больше не ставь на себя! — я повернулся к новому голосу, и увидел, как по лестнице спускался смуглый мужчина в золотом халате. На лице у него поселилась усмешка, а в синих глазах горели огоньки ехидства.

— Ты тоже проиграл. — угрюмо констатировал великан. — Ты ставил на меня.

— Мне можно.

— Зато я выиграла! — девушка бросилась ко мне на шею и радостно заверещала. — Выиграла! Выиграла!

Я с трудом освободился из ее хватки. От нее приятно пахло дорогими духами… Власть подсказала, что она добавляла туда какие-то мощные феромоны. Качнув головой, я сбросил с себя эти наивные женские чары.

— Ого! А он стойкий! — разулыбался медведь, разглядывая меня так, будто впервые увидел. — Наконец-то, Лира, нашелся мужик, кому твой аромат не вскружил голову!

Девушка надула губки и погрубевшим тоном обратилась к своим друзьям:

— Гоните, деньги, парни.

— Можно я переведу? — подал голос смуглый мужчина.

— Нельзя, Лёва! Предпочитаю только наличку! Вы же знаете!

— Где мы тебе сейчас десять тысяч обналичим!?

От этих слов я чуть ли не сел на пол… Ставка — десять тысяч?! Это сколько же они зарабатывают тут? Куда я попал? Что это за безумцы?!

— Ладно! — махнула рукой бестия. — Скидывайте!

Я переводил взгляд с одного на другого, стараясь избегать Лиру с её обольстительными талантами. На меня же никто не обращал внимания. Пора было исправлять это.

— Кхм… Кхм…

— Что?! — хором спросила троица, уставившись на меня.

— Где моя комната?

— Будешь жить со мной! У тебя слишком милое личико! А уж я прослежу, чтобы эти болваны не трогали мою игру… Моего нового друга! — подпрыгивая на месте, фурия захлопала в ладоши.

Опасная женщина, от такой лучше держаться подальше…

— Беги, пацан! В будку, к Токсику, быстрее! В противном случае, не говори, что я не протягивал тебе спасательный круг! Бу-га-га! — заржал «медведь».

— Лира, сколько раз тебе можно повторять?! Веди себя так, как предстало знатной девушке, иначе так и состаришься в одиночестве! — брезгливо обходя грязные осколки двери, смуглый мужчина в халате подошел ко мне. — Меня зовут Лев Горский, приятно познакомиться. Пройдемте за мной, молодой человек.

— Ну вот, снова Пижон все портит! Пойдем домой, Василий! Тут становится душно — последние слова донеслись уже за порогом.

Мне показалось, или при этом здоровяк поглаживал свою шапку?

— Он что, живет на улице? И кто такой Василий? — пожимая руку Льву, спросил я.

— Нет, что вы, он живет на крыше. Вот только не советую туда заходить. Зрелище… Необычное. — скривив лицо, будто лимон полизал, продолжил Пижон. — А Василий — это имя его шапки. Запомните главное! Никогда не обращайтесь к его шапке без разрешения! Ни при каких обстоятельствах! И разрешения лучше тоже не спрашивать… Оно того не стоит.

Я что, попал в дурдом? Шаги по лестнице отвлекли от размышлений. Подняв голову, я принялся рассматривать очередного члена элитного отряда.

— Чего снова разорались? Вы отвлекаете меня от важных дел! — громко возмущаясь, к нам спускался мужчина с очень грустными глазами. — Дверь! Я только вчера смазал петли и отрегулировал ручку!

Со скоростью света «Пьеро» подбежал к обломкам и, схватившись за голову, надрывно заплакал над остатками дверного полотна.

— Да будет тебе, Радомирушка. Она все равно старая, некрасивая. Была… — поглаживая, по всей видимости нытика отряда, приговаривала девушка.