Мы начали видеться. Язык не поворачивается называть это свиданиями. Каждый раз был почти внезапным. Тогда я и понял, что нравлюсь ей не меньше, чем она мне. Иначе всего этого бы не было, ведь я был слишком труслив. Незаметно пролетели месяцы. Разумеется, так продолжаться долго не могло.

Очередную встречу мы спонтанно провели на крыше моего училища. Не сказать, что к крыше есть доступ у учеников, но многого можно добиться, если ты сверхчеловек, так что мы попросту прокрались. В этот раз мы почти не разговаривали, не знаю, пресловутое ли обострение или просто не осталось сил сдерживаться, но я поцеловал ее. Как всегда малодушно боялся, как всегда ожидал, что меня отшвырнут прочь. Ожидал, но надеялся на другое, и мои надежды оправдались.

Это для меня было новым опытом и уверен, что для нее тоже. Шутка ли, но за 30 лет жизни я никогда не целовался. И никогда не думал, что это может быть настолько приятно. Мы не касались друг друга, упершись в стену, потому что я не был уверен, что сдержусь. Не знаю, сколько так прошло. С ней я всегда терял счет времени, но томительные поцелуи кончились, когда она уперла ладони мне в грудь и оттолкнула. И все бы ничего, но она смотрела на меня с такой грустной улыбкой, что у меня сердце защемило.

— Так больше продолжатся не может, Магнус.

Когда-то я должен был это услышать. Дела моего рода шли в гору. Ферма была налажена и начались первые поставки. Но на фоне Ржевских я был едва ли пылью. Шансы на то, что ей позволят войти в мой род были очень низки. Она, конечно, могла отказаться от семьи, но мы оба этого не хотели. Да и неразумно наживать таких врагов, как они. А я отказаться не мог в принципе — это ставило бы крест на моем роде. Мы зашли в тупик, а я нутром чуял, что не могу сейчас зайти к ее отцу и просить ее руки. Да и мать мне говорила, что шансы невысокие. Так что я все понимал.

— Может.

И все же плевать мне было.

— Отец начал вновь разговоры о том, что подберет мне жениха. Что я засиделась.

Вместо ответа я взял ее за руку и потянул за собой. Устроив Алису на коленях так, чтобы не было конфуза, крепко обнял. Старался не обращать внимания на смех Хики, который звучал едва на краю сознания. Видать, абстрагировался, пусть и не до конца.

— Не хочу тебя обнадеживать, но думаю, все у нас будет хорошо. Как минимум нам позволяют видеться.

Не первый раз мы поднимаем эту тему, пусть все настолько уныло и категорично не было еще. Насчет того, что нам позволяют... Дурак только стал бы считать, что о нас не знают. Мы не абы какие шифровщики.

— Просто считают, что мы не дураки, — пробормотала она, угрюмо уткнувшись в плечо, — вот и позволяют.

Может, и так, но почему бы и не надеяться на лучшее? Больше мы не говорили. Мы вместе недолго, но я уже успел понять, что с таким настроением она просто хочет просто сидеть в обнимку. Ее это успокаивает, да и меня — что таить. Хотелось бы, чтобы могли сидеть так вечно, но все хорошее кончается. Она молча встала и ушла не прощаясь, как всегда уходя первой, а я как всегда смотрел ей вслед. В этот раз решил задержаться, все равно никуда не торопился.

"— Не хочу нарушать твои подростковые страдания с пафосным взглядом в небо, но в следующий раз, прошу, блокируй свои эмоции в такие моменты. Мне аж не по себе было."

Хика, как это было всегда во время встреч с Алисой, объявлялся лишь после ее ухода. Но при этом, будучи законченным параноиком, он не блокировал свои ощущения до конца, ведь без них он не сможет отслеживать опасность. Из-за чего он, собственно, и страдал, получая практически весь спектр моих довольно интимных эмоций. Странно вообще иметь соседа по башке, как с этим живут шизофреники?

"— В комнатах с мягкими сценами. Если будешь руки распускать, то и сам там окажешься."

Отец Алисы страшный человек, но, думаю, не настолько, чтобы упрятать главу древнего княжеского рода в психушку. Но вполне может быть, что я чересчур наивен. Убедившись, что Ржевская точно ушла, я достал из кармана пиджака портсигар и с нескрываемым удовольствием закурил. К неудовольствию Хики, который беспочвенно заявлял, что я порчу его тело. Хотя доказано, что организму практика от третьего ранга и выше вреда от никотина никакого. А раз так, то не могу отказать себе в привычке.

"— Ты в последнее время немногословен. Зато дебильные мысли уносят тебя все дальше и дальше."

"— Настроение такое. — Едва подавил желание пожать плечами, все равно Хика ощущает подобное и без жестов. — Возможно, меня депрессия доедает."

"— Или ты просто ищешь причины поныть и пожалеть себя. Хотя это вроде как депрессией и называют."

"— В моем мире тебя сожрали бы за такое депрессующие малолетки."

А может, мне просто нравилось устраивать небольшие нарушения закона? Пролезли на крышу школы, там же и закурили. Мелочь, а приятно.