– Почему, зная столько времени кто я, ты продолжала искать встреч со мной?

– Это допрос? – хмыкнула Сальвет, но все-таки ответила честно. – Потому что мне все равно, кто ты. Очевидно же. Вейлей, можешь не ходить кругами? Знаю, тебя там в такой веселой манере научили у Тамилы разговаривать, но мне перед завтрашним приключением без того не по себе.

– Кто-то еще говорил тебе о том, кто скрывается под этой маской? – продолжил задавать вопросы Вейлей, преследуя некие, пока неясные Сальвет, мотивы.

– Кроме Зефира никто. Клянусь! – наигранно официально ответила Сальвет, вытянувшись в струнку и прижав ладонь к груди.

Вейлей окинул ее фигурку в полотенце взглядом, но ругаться на то, что паясничает, не стал. Он вообще крайне редко выходил из себя на памяти Сальвет. Неестественно спокойный и предельно вежливый с окружающими. Не чета его второй личине. К удивлению Сальвет, именно об этом и пошла речь.

– Я пришел сегодня к тебе, чтобы извиниться.

– Занятие глупое, к тебе никаких претензий у меня нет, - удивленно заметила она.

Слушать ее, конечно же, не стали. Вместо этого Вейлей рассказал то, чего ни она, ни Зефир не знали и даже не догадывались. О том вообще мало кому было известно, лишь нескольким самым близким солнцерожденным.

– Ты слышала, что, когда я был ребенком, меня с братом угораздило свалиться в колодец кошмаров. Небесные владыки спасли нас обоих.

– Слышала. Ты потерял возможность видеть в колодцах, а твой брат сменил цветовую палитру, - подтвердила Сальвет, не понимая, к чему клонит ее нежданный гость.

– Одними колодцами дело не ограничилось. Просто об этом мало кому известно. В колодце у меня, как ты любишь выражаться, поехала крыша. Что-то вроде ваших эмоциональных клиньев. Небесные владыки пытались помочь, но дело обстояло неважно. Их магия и знания оказалась бессильны. Вылечить меня они не смогли. Хотели убить, но один из них сумел придумать иной выход.

Вейлей рассказывал эту историю совершенно безразличным голосом. Словно не о себе и каких-то жизненных трагедиях, а о том, какая за окном погода. К слову, прекрасная, солнце светит прямо на белоснежные волосы солнцерожденного, заставляя их сиять.

– Он сотворил эту маску, - постукивание указательного пальца по маске. – Которая позволяла контролировать вышедшие из-под управления эмоции и желания.

– Как это? – тут же заинтересовалась Сальвет подробностями. – То есть, пока ты в ней, тебя не беспокоят никакие душевные порывы? То-то ты такой спокойный в ней! Что? Почему так смотришь? Ты сам сказал…

– Все так. Только наоборот.

– То есть как? Но тогда.. Это же… - не могла подобрать подходящего определения изумленная девушка. – Тогда в ней ты с поехавшей крышей? Нет, что-то не сходится.

– Так и есть.

– Да быть того не может! Ты же в ней спокоен, как кошмар, переваривающий своего обидчика! – не сдавалась Сальвет.

– Так было не всегда, Сальвет. До того, как познакомиться с тобой, будучи скрыт маской, я творил всякую всячину. Был настоящей головной болью для Семьи, которая не знала и не понимала, почему вынуждена терпеть. И не знает до сих пор. Но лишь благодаря Тамиле. Она взяла меня к себе, где заставила работать. У нее хватило сил уговорить на сделку. У себя она наделила меня кое-какими полномочиями и особенностями, чтобы было легче. Я все-таки чистокровный солнцерожденный, еще и не самый последний. Но уговор должен был исполняться. Первое время было тяжело контролировать себя хоть немного, но в конце концов я научился. Небесный владыка говорил, что со временем так и будет, но к тому моменту сомневались уже все вокруг и я в том числе.

– Всегда думала, что ты оказался у Тамилы из-за неудачного спора, - не сдержала улыбки Сальвет. – Мы даже с Зефиром спорили. Смотри-ка, почти угадала. Он…

– Наконец все стабилизировалось в моей жизни, - не стал слушать ее Вейлей, продолжив рассказ, который почему-то было важно рассказать ей. Сальвет не понимала, зачем и для чего. – Я буду вынужден носить эту маску до самого конца, но у меня оставалась вторая свободная половина. И все было хорошо ровно до того момента, как ты появилась на пороге дворца.

– Ты пришел сюда, чтобы сказать, что в твоей нервозности я виновата? – от чужого нахальства Сальвет едва не задохнулась.

– Да.

– Оригинально, - фыркнула она. – Тогда перед тем, как я выставлю тебя за дверь, можешь успеть сказать, за каким кошмаром мне это знать? Твоя Семья не имеет ко мне отношения, я к ней и подавно. Перья мне не нужны больше, так что ноги моей в Ша Тарэ не будет. Могу попытаться даже слово дать.

– Нет, ничего не нужно. Мне было важно, чтобы ты узнала эту историю.