— Это когда она такое говорила? — спросил я, прищурившись.

— Так вчера, — Вольт посеменил к выходу из комнаты. — Ты спать завалился, а мне было скучно. Вот и присоединился к девичьим посиделкам.

— Всё с тобой понятно, хитрая морда, — хмыкнул я, накинул пиджак и открыл дверь. — Тебе бы только сплетни послушать и вкусняшек поесть.

— Вот смотрите, светлейший князь, — окликнул меня Узорцев, перед которым на столе лежали четыре рулона с тканями. — Я решил, что вы не станете изменять привычкам, и подобрал ваши любимые цвета. Тёмно-синий, угольный и белый.

— Белый убираем, — сказал я, припомнив, что в поместье половина гардероба была белого цвета. — Как и тёмно-синий. Пусть всё будет угольного и черного цвета.

— Но это так мрачно, — покачал головой Узорцев. — Впрочем, можно украсить фасоном.

Он начал показывать мне каталоги, а Ксения и Алёна принялись тыкать пальцами, подсказывая мне понравившиеся им фасоны. Я же вообще не видел разницы между двумя одинаковыми костюмами. Тем более, что они были даже одного цвета.

Показывать своё невежество я не стал — предыдущий князь явно разбирался во всех этих штуках. Так что выбрал то, что показалось более строгим, безо всяких там рюшей, воланов и прочей лишней мишуры. Только я выдохнул, как передо мной появился ещё один каталог, на этот раз с рубашками.

Тут было проще — я снова ткнул в наиболее простые модели. Валентин Узорцев покачал головой, несколько раз пристально посмотрев на меня, но пообещал выполнить всё в течение недели.

Разделавшись с этим утомительным делом, я решил последовать совету Пожарской и пригласил обеих девушек в небольшой ресторан недалеко от ателье. Ресторанчик оказался довольно неплохим, я с удовольствием съел стейк и суп с потрошками, а потом ещё и взял на закуску маленькие пирожки с капустой.

Мы уже собирались выходить, когда меня окликнул знакомый голос.

— Юрий! — я обернулся и увидел Бориса Дорохова в сопровождении симпатичной девушки лет восемнадцати. — Давайте к нам.

— День добрый, — поздоровался я и поймал улыбку Бориса.

— Познакомьтесь, это моя сводная сестра — княжна Мария Дорохова, — Громобой улыбнулся шире, заметив мой изучающий взгляд. И правда похожа на моих Машек, даже красивее. — Маша, это светлейший князь Юрий Громов, княжна Ксения Пожарская и помощница князя Алёна Строганова.

— Рада познакомится с вами, князь, — улыбнулась мне Мария, поправив чёрный локон и сощурив глаза, вокруг которых тут же появились весёлые лучики морщинок. — Наслышана о вас и ваших подвигах, — она кивнула Пожарской и Алёне. — Княжна, Алёна — будем знакомы.

— Вы какими судьбами тут? — спросил я у Бориса.

— Да вот решил встретиться с сестрёнкой, — он снова подмигнул мне. — После вчерашнего что-то нахлынуло. Захотелось увидеть то единственное, ради чего стоит жить.

— А я тебе говорю, что жениться надо, — толкнула его в бок Мария. — Уже тридцать скоро, а всё тянешь. Между прочим, дедушка пообещал тебе землю выделить, если достойную невесту выберешь.

— Вот ещё, — хмыкнул Борис. — Я волк-одиночка, воин. Такого нельзя одомашнить и привязать к одному месту.

— Но ведь ты уже вступил в гвардию князя Громова, — пикировала Мария с лёгкой улыбкой. Мне нравилось смотреть на неё и на то, как они с братом препираются, — было в этом что-то уютное, настоящее, живое. — Значит ты уже не будешь колесить по империи. Так что всё, братик, пора остепениться.

— Понравилась? — спросил у меня Вольт. — Глаз не отводишь, прямо прикипел взглядом.

— Понравилась, — признался я. — Она настоящая, понимаешь? Не колючая и не вредная, живая и лёгкая.

— Ну это пока, а там после женитьбы такие лёгкие превращаются в мегер, — буркнул мой питомец.

— Тебе-то откуда знать? — удивился я. — И вообще, я даже не думал о женитьбе. А ты, дружище, лицемер. Как про Пожарскую речь заходит — ты мне её чуть ли не в постель уже готов подложить, а тут вдруг против такой милой девушки.

— К Пожарской я привык, — уже тише сказал Вольт. — Она простая и понятная, а эта… кто её знает, вдруг она притворяется милой, а на самом деле — ещё хуже Пожарской.

— Может и так быть, — кивнул я. — Но я пока просто любуюсь красивой девушкой и наслаждаюсь её обществом, так что не выдумывай то, чего нет.

— Угу, только на Пожарскую свою глянь, — хихикнул он.

Я повернул голову и успел заметить взгляд, которым Ксения наградила Марию. На Алёну она смотрела с превосходством, а тут была чистейшая ненависть. Словно Ксения встретила врага всей своей жизни и готова биться насмерть.

Мне подумалось, что неплохо было бы посмотреть на это противостояние. В отличие от Пожарской, княжна Дорохова воспитывалась как будущая жена, а не как воин. Но я знал, что порой коварство оказывается сильнее грубой силы. В этом и есть та самая женская сила — победить ни разу не ударив.