Да тут человек триста можно вместить, если не больше. Собственно, занятой оказалась только половина мест. На первом ряду сидели Кондратьев, Крылов, архивариус и ещё несколько человек, видимо занимающих высокие посты в инквизиции.

Я вышел к трибуне и запахнул балахон поплотнее. Ох и не люблю я такие выступления, но что делать. Раз уж сам ввязался, то мне и продолжать.

— Для тех, кто не в курсе, представляюсь, — сказал я громко. — Я князь Юрий Громов, тайный эмиссар инквизиции. С сегодняшнего дня в Ордене будет работать новый отдел, собранный мною лично. Заявки будут рассматриваться индивидуально.

По задним рядам прокатились щепотки, но быстро смолкли.

— Сегодня в стенах этого здания мною был проведён обряд экзорцизма, — после этих моих слов загудели уже и средние ряды. — Это обряд изгнания демонов из одержимых.

Вот теперь большинство инквизиторов вскочили со стульев и начали что-то кричать вразнобой. Понять их было совершенно невозможно. Крылов вышел ко мне и поднял руку, призывая к молчанию.

— Эмиссар говорит правду, — сказал он громко. — Бывшие одержимые могут подтвердить его слова. Для сомневающихся у меня есть и кое-что другое. Правда. Истинная правда о том, откуда появляются одержимые демонами люди.

Вместо криков и гомона в зале для собраний наступила тишина. Инквизиторы буквально упали на свои стулья и выпучили глаза.

— Я провёл расследование, — продолжил Крылов. — Одержимость всегда была лишь способом убрать нужных людей. Тех, кто может быть опасен для неких Хранителей. Архивариус Прокопий Хлыстов обнаружил записи об этих Хранителях, в которых говорится, что они создали наш Орден для уничтожения одарённых.

Тишина стала будто ещё сильнее, она давила на уши и заставляла воспринимать слова Назара всерьёз.

— Но и это ещё не всё, — сказал он уже гораздо тише. — Во главе нашего Ордена стоит тот, кто работает на этих Хранителей. Тот, кто покрывает все делишки этих сущностей и тот, кто против человечества.

Вот теперь тишина взорвалась. Крики, топот ног, грохот падающих стульев — всё слилось в единый шум, в котором отчётливо слышалось только одно слово: «предательство». Инквизиторы были правы, иначе как предательством такое и не назвать.

— А теперь нам с вами предстоит сделать выбор! — прокричал Крылов, перекрикивая всех. — На чьей стороне мы будем сражаться? Мы с вами! На стороне людей или демонов?!

Пока все пытались перекричать друг друга, я отошёл в сторону и прислонился к стене. Мог ли я подумать, что когда-нибудь буду стоять рядом с инквизиторами, причём не просто как сосед, а как один из них? Да мне такое даже в голову бы не пришло, но вот я здесь, в красном балахоне.

— Ну чего, когда уже пойдём свергать главу инквизиции? — спросил Вольт, зевнув.

— Когда объединим все твои части воедино, — пошутил я.

— Тогда нам нужен Меркулов, — Вольт подбежал ко мне и прижался к ноге. — Моя злобная третья часть до сих пор от меня закрыта.

— Я пошутил вообще-то, — пояснил я. — Но ты так серьёзно воспринял мои слова, будто только этого и ждал.

— Да нет, ты прав, — вздохнул пёс. — Без третьей части мы не справимся. Это ты московский филиал инквизиции сейчас под себя подмять можешь, а сколько их по всей империи? И опять же где тот центральный отдел?

— Выяснить это не проблема, но я пока не готов что-то на штурм идти, — я покачал головой. — Надо сначала тут разобраться.

— Решено! — проорал Крылов во всё горло. — Назначаем нашего эмиссара главным инквизитором московского филиала. Наделяем Юрия Громова полномочиями наместника Московского и эмиссара всея инквизиции.

Чего? А меня спросить? Нужна мне их эта волокита прям!

— Назар! — окликнул я его. — Мне не нужно место наместника, у меня и без него забот хватает.

— Ну можешь назначить того, кто будет исполнять все твои обязанности, — предложил он, чуть подумав. — Но без должности наместника могут быть проблемы. Я не знаю точно, сколько полномочий у тайного эмиссара.

— Мне хватит и их, — я показал ему активированный медальон, на котором горели магическим огнём рубины и факел. — Приказы я могу отдавать и так, а всё что свыше этого… не хочу сидеть в кабинете и бумажки перебирать.

— Так тебе и не придётся, я возьму на себя все хлопоты и волокиту, но должность будет за тобой, — Назар был очень убедительным, так что я кивнул. — Вот и славно. Теперь самое главное! Сохраняете секретность, всё, что вы здесь услышали, не должно выйти за пределы зала для собраний. Ни единая душа не должна знать, что мы научились лечить одержимых!