Но, стоит отметить, и Павлов нёсся с такой же скоростью, как и я. Видимо, ему этот трюк тоже известен. Я бы замедлил его обратным витком, но мне это не позволит сделать клятва. Ведь Павлов на меня не нападал, а значит, и атаковать его первым я не имею права.

Однако погоня продлилась недолго. Потому что между складами Владимир был в итоге зажат с двух сторон сразу двумя людьми. Наперерез ему вышел Иван Сеченов.

Вот и встретились трое избранников лекарских богов. На каких-то полусгнивших заводских складах. Не так я себе представлял нашу встречу, которая, тем не менее, была неминуема.

— Похоже, я как раз вовремя, — тяжело дыша, произнёс Сеченов. — Кто это, Алексей?

— Владимир Харитонович Павлов. Собственной персоной, — представил нашего конкурента я. — И не обманывайтесь его внешним видом. Это — не крестьянин. Просто кто-то, судя по всему, бегал из университета на занятия по актёрскому ремеслу.

Удивлению Сеченова не было предела, но он быстро взял себя в руки. Ему нельзя было пропустить Павлова дальше. Иначе он скроется, и мы его уже никогда не найдём.

Этот тип запросто может притвориться кем угодно. С маскировкой проблем у него нет.

Но что самое главное, пробиться через нас силой он не сможет. Я уже догадался, что обратным витком он не владеет. А он, судя по своей осведомлённости, знает, что мы с Сеченовым такую силу имеем.

А значит, выхода у него нет. Нападёт на одного из нас — и мы сможем применить обратный виток. Причём оба.

Ему остаётся только стоять на месте и принимать наши условия.

— Сеченов и Мечников! — воскликнул он. — Вот мы с вами, наконец, и встретились!

Наши фамилии он пропел так, будто мы не на складах находимся, а на сцене читаем пьесу Шекспира.

— Заканчивайте, Павлов, — попросил я. — Бежать вам некуда.

— И что же вы хотите? — пожал плечами он. — Прирежете меня здесь, как собаку шелудивую? Очень по-лекарски.

— Не двигайтесь! — велел Сеченов. — Стойте на месте.

— Мы не собираемся причинять вам вред, Владимир Харитонович, — помотал головой я. — Я даже готов простить вам тот факт, что вы проникли на мой завод. Мне от вас нужна информация. Больше ничего.

— Информация? О чём? Хотите получить рецепт препарата, который я создал на вашем заводе? Тогда спешу вас разочаровать. Не важно, где он был создан. Важно — кем!

— Отбросим эту лирику, — сказал я. — О препарате поговорим позже. Куда важнее — зачем вы вообще явились в Хопёрск? Только говорите правду. Поверьте, я могу раскусить ложь. Особенно вашу.

Павлов рассмеялся, но всё же не стал уходить от моего вопроса.

— Вы оба дали клятву лекаря, как и я, — сказал он. — Только сил у вас явно не хватает, чтобы понять глубину нашего призвания. В вашем Хопёрском районе зародилась настолько мощная некротическая магия, что клятва принудила меня сюда явиться. У меня не было выбора. Понимаете? Стал бы я соваться в эту глушь без веской причины? Разумеется, нет.

— Он разыгрывает нас, — нахмурился Сеченов, которому до сих пор не было известно всего, что удалось узнать мне.

— Нет, Иван. Он говорит правду, — произнёс я.

— Дилетанты… — вздохнул Павлов. — Утомила меня ваша компания, — он щёлкнул пальцами и произнёс. — Махаон! Вытаскивай меня отсюда!

И в этот же момент в моей голове прозвучал голос Гигеи. Одно-единственное слово.

«Спасайтесь!»

Предупредила о предстоящей опасности нас Гигея слишком поздно. Поскольку на весь проулок, в котором мы пытались задержать Владимира Павлова, обрушилась волна божественной силы. Нас с Сеченовым моментально пригвоздило к земле. Не разбились мы только потому, что мне оказала поддержку Гигея, а Ивану — Подалирий.

Из-за поднявшейся пыли мне было трудно разглядеть, что вообще происходит там, где только что стоял Павлов.

— Гигея! Что это? Откуда у Махаона такая сила? Он же бог-лекарь! — воскликнул я.

— Проблема в том, что он — боевой лекарь. Когда-то давно он был могучим воином. Подалирий воевал вместе с ним, но ему досталось куда меньше таких возможностей. Подозреваю, что он отдал свои боевые способности Сеченову, тем самым даровав ему обратный виток. Сам Подалирий не больно-то любит вступать в прямое столкновение, — произнесла Гигея.

Ответить богине я не успел, поскольку в последующие минуты произошло сразу несколько событий, которые изменили весь ход схватки. Чаши весов перетягивались несколько раз. Потому что в битву вступила третья сила.

Сначала я увидел, как под воздействием силы Махаона у Павлова появились магические крылья. В это же мгновение я осознал, что мой противник получил единственный путь к отступлению. Не вперёд, и не назад.

Вверх.

Теперь понятно, почему одну из разновидностей бабочек называют Махаоном. В этом мире у такой классификации точно есть логика.