Шрифт:
– Не боже, а богиня! – поправляет меня женщина. – И не отпустит, а пошлёт.
– Ты кто? – как ни странно, страха не было.
– Я – Дзигокудаю! Богиня смерти, владычица загробного мира и покровительница Японских островов!
– Дзиго… куда?
– Проще зови меня мамой. Японской. А чтобы ты не ошибался в будущем, я дарую тебе абсолютную память! Всё, что ты когда-то слышал, будешь помнить во веки веков!!! – прогремел её голос.
– Японамама? Хм, и за что мне такое внимание? – в безвозмездные подарки я перестал верить ещё в детстве – всем от меня было что-то нужно. Родителям – чтобы я себя хорошо вёл, бабушке – чтобы почаще приходил в гости, государству… от государства вообще никаких подарков, кроме очередного повышения налогов, а тут – богиня!
– У тебя будет миссия. В Японии и вассальной Корее отрицательная рождаемость. Корея мне без разницы, а в Японии ты должен восстановить рождаемость нации! – торжественно произнесла она.
– Богиня, ты чё, с дуба рухнула? Где я, а где Япония? – я ещё не решил, как относиться к глюку, поэтому говорил, что думал. В этот же миг меня опалило огненным дыханием богини, и я заорал от боли.
– Побольше почтительности, - надменно произнесла Японамать.
– Не забывай, с кем ты говоришь!
– Хо-ро-шо, - выдавил из себя, переведя дух. Ну её, с неё станется спалить меня заживо.
– Правильно мыслишь. Я могу обречь твою душу на вечные страдания!
– Японамама, не надо на вечные! Я просто был в оху… эммм, в недоумении, почему выбор пал на обычного преподавателя из Питера, а не жителя Хоккайдо, или хотя бы Пусана…
– Нужен свежий взгляд со стороны. В этом мире одарённые женщины слишком увлеклись своей исключительностью, подав плохой пример всем остальным женщинам. Я попросила у своего коллеги из другого мира свежую душу человека, который умеет найти подход к женщинам. Так мы поменялись душами из разных миров, мне досталась твоя душа. Он напоследок сказал, этот – справится. Наверное. Да не, должен. По крайней мере, попытаться стоит. В общем, как-то коллега был не слишком уверен, и меня терзают смутные сомнения, так что приложи все силы, чтобы не разочаровать меня!
– Стоп! А зачем тебе повышать рождаемость, если ты – богиня смерти? Как бы есть небольшое противоречие, не?
– Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо! – японамама неожиданно процитировала Гёте.
– Никакого противоречия! Сказано же вам – плодитесь и размножайтесь! А вы – феминизм, свободные отношения, фигура, карьера, чайлдфри! Тьфу! Чем меньше рождается, тем меньше умирает, а я заинтересована в увеличении притока душ в своё царство, а совсем не наоборот! Поэтому ты уж там постарайся.
– Как?!?
– Да мне без разницы! Сам сотрёшься под корень или организуешь процесс, но если я останусь недовольна…
Она опять полыхнула пламенем, и я торопливо ответил:
– Понял я, понял! Только, чувствуется, для моей миссии одной идеальной памяти будет маловато! Дело предстоит опасное… ну, ты понимаешь, - мне захотелось выбить побольше плюшек из богини, раз уж без меня меня женили.
– Ты прав, человек! Зашибут тебя ещё женщины ненароком. Дарю тебе от щедрот своих бессмертие. Временное! Отныне ты, как только выпьешь стакан алкоголя, будешь, как горец Маклауд, неуязвим. А то опять напьёшься палёной водки, уснёшь и замёрзнешь насмерть насмех моей сестры Аматерасу. Ну, и по мелочи тебе буду помогать, так что не зевай. Даю тебе пять лет!
– Пять лет? Всего? А если я не успею?
– Превращу тебя в женщину, будешь повышать рождаемость естественным путём. Такая же участь тебя будет ждать, если погибнешь – запихну твою душу в женское тело и не дам тебе помереть, пока не родишь. Минимум десятерых!
– Не-не-не, не надо в женщину, я справлюсь! А что это «за деньги да» я вот только что от первого лица видел?
– Это твоё новое тело. У него, у тела, есть слабенький дар, который тебе поможет в твоей нелёгкой миссии.
– А что с настоящим хозяином тела?
– Он клятвопреступник, альфонс и слизняк – он позорит своих предков и плохо обо мне отзывался, чем заслужил наказание. Первое время он поможет тебе освоиться в новом мире, потом я заберу его душу, как только ты решишь, что скрипач тебе больше не нужен.
– Да? Ничего не понял!
– Разберёшься. Вперёд! – она отмахнулась от меня рукой, и я начал падать во тьму.
***
Ммм, чего же так болит голова? А, точно, палёная водка! – я вспомнил свой странный сон и его первопричину. Потянулся и в изумлении уставился на свои руки, торчащие из рукавов ночной рубашки с кружавчиками. Это не мои руки!
Вскочил и заметался по тесной спальне в поисках зеркала. Увидев за приоткрытой дверью аппарат для призыва ихтиандра, рывком открыл дверь и запрыгнул в санузел. Над раковиной – большое зеркало. Стащил с себя длинную ночную рубашку и уставился на себя в немом изумлении. Это не моё тело! Точнее, теперь уже моё. Видимо, сон – это был не плод воспалённого воображения, а вполне состоявшееся общение с потусторонней сомнительной личностью.
– Шшш, - зашипел, когда голову пронзило болью, как иглой. Ну, ладно, ладно, не сомнительной личностью, а красивой, милой и пушистой богиней, которая могла бы не подслушивать чужие мысли.